Лабиринт распознал подделку и ответил так, как ему было предписано. Из-под пола послышался низкий зловещий звук – предвестник приближающейся беды. От поднявшегося давления у Рейчел заложило уши и сдавило виски. Из-за возникновения поля Мейснера восприятие окружающего притупилось. Реальность словно изогнулась и стала сворачиваться причудливыми изгибами.
В метре от Рейчел Рауль, находившийся возле замочной скважины со вставленным в нее ключом, выпрямился, не понимая, что происходит. По всей видимости, он испытывал те же ощущения. Каждый находившийся здесь всем своим нутром чувствовал ужас происходящего.
Рейчел вцепилась в Грея. Он теперь был ее единственной опорой и надеждой.
Рауль шагнул к ним и поднял пистолет. Он осознал истину, но было слишком поздно.
– Там, в моем замке… Ты дал мне не тот ключ, черт бы тебя побрал!
– Ты сам взял его, – холодно ответил Грей. – И проиграл.
Рауль направил пистолет в лицо Грея, но выстрелить не успел. Вокруг них вновь возникла рубиновая звезда из лучей, одновременно вырвавшихся из всех зеркал. Опасаясь быть разрезанным на куски, Рауль быстро пригнулся.
Магнитный эффект пропал, и каменная колонна над их головами, ничем более не удерживаемая, полетела вниз. Рауль посмотрел вверх слишком поздно. Глыба ударила его в плечо и, повергнув наземь, пригвоздила к центру лабиринта.
После того как колонна ударилась о стеклянный пол, тот стал трескаться, как лед на замерзшем озере, а из трещин, побежавших во всех направлениях, вырвалось ослепительное сияние.
Грей и Рейчел стояли словно вкопанные.
– Держись крепче, – прошептал он.
Рейчел тоже ощутила под ногами нарастающую вибрацию некой чудовищной энергии и еще сильнее прижалась к Грею. Он ответил на этот порыв, повернув ее к себе лицом и обняв так крепко, что она ощутила, как бьется его сердце.
Нечто загадочное поднималось снизу.
Рейчел закрыла глаза, и тут мир взорвался ослепительным светом.
Придавленный к полу, Рауль испытывал невыносимые муки. Боль в размозженном плече была настолько нестерпима, что он ревел, как раненый медведь. Он пытался вырваться из неожиданного плена, но ему это не удавалось.
А затем взорвалась сверхновая – сверху, снизу, отовсюду, и свет ее был столь ярким, что пронизал все его существо до последней клеточки. Рауль почувствовал себя так, словно его вскрыли, обнажив миру каждую его мысль, каждое желание и поступок.
«Нет!!!» – хотелось крикнуть ему.
Но выключить этот свет он был не в состоянии. Свет был не просто сильнее его. Он властвовал над всем, затопив всю Вселенную, заменив ее собой, и сама сущность Рауля, словно крохотная бисеринка, оказалась нанизанной на ослепительную нить.
Распятый, омытый, выпотрошенный этим светом, Рауль вдруг ощутил, что в его душе не осталось места ни для ненависти, ни для отвращения, ни для зла. Осталась только чистота и неподдельная сущность бытия. А ведь именно таким он мог быть с самого начала. Именно для этого он был рожден!
Нет…
Он не хотел видеть этого, но не мог отвернуться, закрыть глаза. Время нарушило свой ход и обернулось вечностью. Рауль оказался в ловушке, он пылал в очистительном свете и испытывал при этом муки, несравнимые даже с адскими.
Его взгляду предстал он сам, вся его жизнь, возможности, которые когда-то были открыты перед ним, его падение и его спасение.
Перед ним открылась истина, и она жгла его, как раскаленное железо.
«Я больше никогда…» – подумал он.
Но худшее было еще впереди.
Сейхан прижала пожилого священника к груди. Они оба наклонили головы, чтобы защитить глаза от слепящего света, разлившегося вокруг, но Сейхан все же поглядывала по сторонам уголками глаз.
Пурпурная звезда, образованная пересечением смертоносных лучей, царила над всем пространством, а из ее центра, устремляясь к темному своду подземного храма, вырывался фонтан ослепительного света. Все остальные зеркала, установленные в библиотеке, ловили этот свет и, стократно усилив, отражали его, бросая обратно в ослепительный водоворот. Цепная реакция распространилась по всему огромному помещению. В мгновение ока плоские звезды стали объемными и развернулись в гигантскую, сотканную из лазерного света трехмерную сферу, которая, медленно кружась, поплыла под куполом подземного храма. Из нее вырывались искристые выбросы энергии и ударяли в ярусы.
Вокруг звучали вопли перепуганных до смерти людей. С одного из верхних ярусов прыгнул солдат, пытаясь найти спасение на полу, но спастись ему было не суждено. Электрические разряды пронзили и испепелили его тело до костей раньше, чем оно ударилось о пол лабиринта.
Но самое тревожное происходило с самим пространством храма. Оно уплощилось, ощущение глубины исчезло, и все вокруг колебалось, словно мираж или отражение в неспокойной воде.
Охваченная ужасом, Сейхан закрыла глаза.
Грей крепко держал Рейчел. Весь мир теперь состоял из одного лишь света. Вокруг них властвовал хаос, но зато они были вместе. Снова послышался нарастающий гул. Теперь он раздавался изнутри света, словно являясь порогом чего-то неведомого и непостижимого.
«Изначальный Свет», – вспомнил Грей слова Вигора.
