— Она умеет вырезать разные штуки, — рассказал ему Турпин. Он стряхнул с плеч сумку, развязал кожаный шнурок и открыл ее: — Ты только взгляни на это. Какие иголки, какое блюдо с рунами по кругу.
Рыжий Оттар фыркнул. Затем приложил указательный палец к ноздре и высморкался.
— Она пришла с нами из Трондхейма.
Рыжий Оттар шагнул к Сольвейг и встал прямо перед ней:
— Сбежала откуда-то, а?
Сольвейг покачала головой.
— Сильно били?
Сольвейг вздрогнула, но потом, не моргая, уставилась Рыжему Оттару прямо в глаза.
— Или еще чего хуже. Ты пырнула кого-нибудь своим ножом для резьбы?
— Нет! — Голос девушки прозвучал гораздо громче, чем ей бы хотелось.
— Ей нужно переплыть. И безопасно, — сказал Турпин. — Она заплатит своими поделками.
— Ты слышал, Бруни? — обратился к тому Рыжий Оттар. — У тебя будет помощница.
Оттар взглянул на Сольвейг. Она была почти на голову выше его.
— И зачем? — пророкотал он. — С чего вдруг?
— Я иду вслед за отцом, — ответила девушка и широко распахнула глаза.
Шкипер скорчил гримасу и потряс головой:
— Одна?
Сольвейг кивнула.
— И где же он?
— В Миклагарде. — Она помолчала немного. — Я думаю, что там.
— В Миклагарде, — повторил Рыжий Оттар. — Понятно… Все слышали? В Миклагарде.
— Сияющий город для сияющей девицы, — проговорил красивый юноша.
— Ты за словом в карман не полезешь, а, Вигот? — обратился к нему рыжий Оттар.
Вигот лукаво улыбнулся Сольвейг:
— Да ты ведь точно не одна едешь, а?
Рыжий Оттар ударил себя по бедрам, откинул голову и расхохотался прямо Сольвейг в лицо. Все торговцы принялись насмехаться над Сольвейг и бросать колкие замечания.
Рыжий Оттар ткнул ей указательным пальцем в шею:
— Эта… эта девушка… так как, ты сказала, тебя зовут?
— Я не говорила, — ответила она.
— Ну так скажи.
Сольвейг не сводила глаз с Рыжего Оттара.
— Ничто не дается даром, — ответила она, стараясь изо всех сил, чтобы голос ее звучал четко и уверенно.
Услышав это, некоторые торговцы засмеялись.
И сам шкипер тоже расхохотался.
— А твой отец?..
— Хальфдан, — отозвалась Сольвейг.
— Никогда не доверяй данам, — промолвил Рыжий Оттар. — И даже полуданам.
— Хальфдан? — нахмурясь, повторил пожилой мужчина с яркими голубыми глазами.
— А что такое, Торстен? — спросил его Рыжий Оттар.
— Да, — ответил тот. — Точно. Когда я в последний раз плыл в Ладогу… Там был Хальфдан.
Словно холодные волны пробежали по спине Сольвейг, она вытянула шею.
— В прошлом сентябре, — добавил мужчина. — Высокий мужчина, неуклюжий. Он хромал.
Сольвейг услышала, каким отрывистым стало ее дыхание, и ощутила жжение в глазах.
А потом женщина со щелью меж зубов подошла к ней и помахала чешуйчатой красной рукой у Сольвейг перед носом.
— Я говорю «нет», — объявила она.
— А тебя никто и не спрашивал, — отозвался Рыжий Оттар. — Вот в этом-то твоя беда, Бергдис. Ты слишком много говоришь.
— Я говорю «нет», — повторила Бергдис, сверкнув глазами.
— Но вернемся к делу, — вымолвил Рыжий Оттар. — Девушка следует за отцом, и в этом нет ничего дурного. Но на преданности и больших надеждах далеко не уедешь.
— А без них, — отвечала Сольвейг, — и вообще никуда не уедешь.
— Ну, так как тебя зовут? — поинтересовался он.
— Сольвейг, — ответила девушка, и голос ее прозвенел громко и бодро.
Рыжий Оттар улыбнулся в золотисто-рыжие усы.
— И доверие, — добавил он. — Доверие в пути тоже помогает. Преданность, большие надежды и доверие могут завести тебя далеко, но вряд ли до самого Миклагарда. — Шкипер хитро поглядел на Турпина: — Ну а ты почему так переживаешь за эту девицу?
Турпин опустил глаза.
— Какое тебе до нее дело? — упорствовал Рыжий Оттар.
— Она напоминает мне кое-кого, — ответил Турпин, тяжко вздохнув. — И каждый на корабле должен относиться к ней с уважением. — Он посмотрел на красивого юношу долгим и многозначительным взглядом: — Мне нужно, чтобы вы поручились в этом, когда поедете в Ладогу.
— Мы едем в Киев, — быстро проговорил Рыжий Оттар.
— Киев! — воскликнул Турпин.
— Все когда-то случается впервые. Да, больше опасностей, но больше и золота.
— Киев, — объяснил Турпин для Сольвейг, — находится на юге. Дальше Ладоги, дальше Новгорода.
— Я знаю, — ответила она. — Там правит Ярослав.
Рыжий Оттар в удивлении поднял брови.
— Мне рассказывал отец. Это же больше чем на полпути к Миклагарду!
— Я дам вам больше шкур, чем обычно, — предложил Турпин.
— Да уж пожалуйста, — сухо ответил Рыжий Оттар. — Дай! А если она не будет добросовестно выполнять свою долю работы, мы вышвырнем ее за борт. — Он оглядел свою команду и медленно проговорил: — Да… И нет. Я вижу, что некоторые из вас согласны взять ее с собой, а некоторые — нет. И на то у кого-то из вас есть веские причины. Но не у всех… — Шкипер повернулся к Турпину: — Хорошо! Это мы решим сегодня вечером. Главное — возвращайтесь.
Сольвейг просидела полночи, не смыкая глаз, и вырезала при свете огня. Сначала она, выполняя сделку с тремя торговцами, закончила кленовый гребень, а затем приступила к свирели из моржовой кости.
Она вырезала и пыталась заглянуть в будущее…
