– Я не знала, что ты расскажешь о нас и наших целях, или сколько я должна ему сообщить, – ответила Миас. – И до какой степени мы можем ему доверять. – Ее слова отозвались в сердце Джорона острой болью, хотя он и сам сейчас не знал, могут ли они ему верить. – Но складывается впечатление, что ты готов открыть ему все, так что давай не будем терять времени.
– Хорошо, – кивнул ей Каррад. – Как долго мы воюем с Суровыми островами, Твайнер?
– Целую вечность, – ответил Джорон.
– И почему? – спросил Каррад.
– Почему? – Джорон не знал ответа. Сто островов всегда сражались с жителями Суровых островов. Наконец он сказал: – Они крадут наших детей.
– Зачем?
– Чтобы принести их в жертву своим кораблям.
– Зачем? – снова спросил Каррад.
– Чтобы зажечь зоресвет и призвать удачу в сражениях с нами, – сказал Джорон.
– А мы, в свою очередь, воруем их детей для тех же целей, и, когда ни одной из сторон не удается украсть чужих детей, мы приносим в жертву своих. И зачем все это? – спросил Каррад.
– Я… – Джорон понял, что запутался. Каррад говорил так, словно все, что он знал, с чем рос, было каким-то непостижимым образом неправильно. – Так мы всегда поступали.
– Мы крадем детей, чтобы продолжать сражаться и воровать новых детей, – продолжал Каррад. – Мы нападаем на них, а они на нас, чтобы отомстить. И так происходит снова, снова и снова. Но что, если нет никакой необходимости забирать детей? Подумай, Джорон Твайнер. Что, если убивать друг друга не единственно возможный путь?
– Но что мы сможем сделать, если у нас не будет флота? – спросил Джорон.
– Мы не знаем, – тихо проговорила Миас. – Но, возможно, станет лучше, если мы попытаемся это выяснить?
– Суровые острова никогда не согласятся на мир, – заявил Джорон. – Они ненавидят нас и любят войну.
– И говорят то же самое о нас, – спокойно ответила Миас. – Однако они любят своих детей. И это нас объединяет.
– Так вы с ними заодно? Они наши враги, и…
– Многие из них наши враги, ты прав, – сказала Миас, – но не все. Некоторые разделяют наши с Индилом взгляды. Война бесполезна, мы тратим на нее все наши ресурсы. А их совсем немного, да и нас осталось мало. Но число тех, кто стремится к миру, растет.
– Однако появление аракисиана, – вмешался Каррад, – может положить конец надеждам на мир. И война разгорится с новой силой.
– Почему? – спросил Джорон.
– С каждым сезоном запас костей для строительства кораблей сокращается, Джорон, – сказала Миас. – Кораблей становится все меньше, да и сами они довольно маленькие. И, по мере того как люди начинают понимать, какое расточительство снова и снова отправлять наших моряков в море ради войны, они приходят к нам.
– Но Морская Старуха, – возразил Джорон. – Она требует войны. Она…
– Ты когда-нибудь встречал Морскую Старуху, Джорон Твайнер? – спросил Каррад.
– Я очень надеюсь, что мне не доведется с ней встретиться.
– Ее никто не видел, – сказал Каррад, – хотя я с радостью отправил бы тебя к ней, если ты такой любопытный. Женщины и мужчины – вот кто решает, что скажет Морская Старуха. Ее Жрицы говорят
– Но если Сто островов получат кости аракисиана, – сказал Джорон, – у нас появится огромное преимущество.
– Это не так работает, Джорон, – возразила Миас, снова усаживаясь на стул. – И никогда не работало. Жадные люди воруют кости, перевозят их контрабандой и продают. Начинаются набеги. Изменники передают корабли другой стороне за деньги. Один аракисиан на целое поколение заставит войну разгореться с новой силой. Или даже больше, чем на одно поколение.
– Вот почему, – продолжал Каррад, – зверю нужно сохранить жизнь, пока он не доберется до Северного Шторма.
– Но это большое расстояние, – заметила Миас. – Ты рассчитываешь, что мы все время будем сражаться?
– Вы корабль мертвецов, – резко ответил Каррад. – Таков ваш долг.
– Долг – хорошая штука, но, если ты дашь нам безнадежное задание, это никому не поможет, – возразила Миас.
Каррад помолчал, словно собирался с мыслями перед последней атакой.
– Сейчас для нас очень подходящий момент, Миас. – Каррад наклонился вперед. – Напряжение на юге привело к тому, что туда стянуты серьезные силы с обеих сторон. Даже сейчас наши крупнейшие корабли готовы продемонстрировать там свои возможности. Торговля остановилась, поскольку коричневые кости и их супруги корабля опасаются отправлять товары по морю в столь напряженный период, а отсутствие костяных кораблей придает смелости мародерам. Кейшан уже миновал скопления кораблей – складывается впечатление, что его никто не видел. Главные южные маршруты не пересекаются с его путями. Вы не встретите серьезного сопротивления.
– Даже если мы добьемся успеха, – сказала Миас, – что будет в следующем году, когда аракисиан вернется?
– Я не намерен этого допустить, – заявил Каррад.
