И все же они поклонялись той же богине, видели Глаз Скирит на том же небе, и на них не обрушивался гнев Женщин моря за их обычаи, какими бы подлыми они ни были. Может быть, правы те, кто утверждает, что Старухе нужны лишь новые мертвые тела, и ей все равно, откуда они появятся.
Столица Суровых островов, Спэрхейвен, находилась приблизительно на той же линии, что и Бернсхьюм, и там стояла такая же мягкая погода и спокойные времена года. Даже расположение столицы было украдено у Ста островов, ведь все знали, что когда-то их столица располагалась рядом с Северным Штормом, чтобы иметь возможность испытать своих женщин и мужчин суровыми ветрами и морем.
– Ты меня слушаешь, Джорон? – Он снова оказался в каюте, и вращавшаяся карта постепенно потускнела в его сознании.
– Я? Нет, супруга корабля. Мои извинения. – Прежде он бы солгал, но не сейчас. – Я никогда раньше не видел мир так, как он лежит сейчас передо мной.
– Ладно, – кивнула Миас. – Я еще не забыла, как меня зачаровала похожая карта, и я тебя прощаю, но только на этот раз. Никогда больше так не делай, ты меня понял, хранитель палубы?
– Да, супруга корабля.
– Хорошо, – сказала Миас. – Эйлерин, можете идти. Спасибо за помощь, постарайтесь поспать.
– Благодарю, супруга корабля, – едва слышно ответил курсер.
Миас посмотрела ему вслед.
– Как много ты ему рассказала? – спросил Джорон.
– Очень мало, – ответила Миас. – Речь шла только о нашем маршруте, и он ушел, чтобы о нем подумать. Сейчас мы отправляемся на юг, на встречу с кораблями Суровых островов в проливе Скиир, вот здесь. – Она указала на карту. – Если верить Индилу Карраду, аракисиан движется вверх по каналу Фленс, ширина которого не превышает десяти хантов. С тремя кораблями мы сможем его перекрыть. Один из нас заметит аракисиана.
– Если он существует, – сказал Джорон.
– Я знаю, что избранник Индил Каррад имеет много разных качеств, хранитель палубы, и далеко не все из них приятны, но он редко оказывается неправым. А по мере того, как он стареет и теряет красоту и силу, для него становится все важнее обеспечивать надежные разведывательные сведения, чтобы сохранить свое положение. Дарны не склонны терпеть избранников, миновавших расцвет. Самые удачливые исчезают на каком-нибудь острове, где получают возможность насладиться припрятанными за время службы деньгами, глупые умирают на дуэлях, для которых становятся слишком старыми, умные находят другие способы стать полезными.
– Или превратиться в фаворитов, – сказал Джорон.
– Но это самый рискованный путь из всех возможных. Дарны часто оказываются непостоянными и жестокими, – сказала Миас.
– Ты не считаешь себя одной из них, – сказал Джорон.
– На моем животе нет растяжек, Джорон. И, хотя на теле нет следов проклятья Скирит, мне не довелось родить ребенка. И все, что у меня есть, я заслужила на палубе костяного корабля, а не в кресле дарна.
– Но твоя мать…
– …отправила меня на черный корабль, – сказала она, заканчивая эту часть разговора и давая ему понять, что возвращаться к данной теме больше не следует.
– Могу я задать вопрос, супруга корабля? – сказал Джорон. – Меня кое-что тревожит.
Миас бросила на него суровый взгляд, и Джорон не сомневался, что она взвешивает вероятность того, что он намерен вернуться к обсуждению ее матери, как прибой выносит на берег обломки после кораблекрушения. И решила, что он не станет. Очевидно, посчитала его слишком умным или трусливым.
– Спрашивай.
– Черные корабли, с которыми мы должны встретиться… – Джорон произнес эти слова так тихо, что сам едва слышал свой голос, и Миас пришлось к нему наклониться. Она почувствовал запах чистой одежды и честного пота. – Они ведь с Суровых островов. Разве мы можем им доверять?
– У нас нет выбора, хранитель палубы, и тебе не следует верить всему, что говорят о жителях Суровых островов. Помни: то, что ты о них слышал, исходило от тех, кто хотел, чтобы ты их убивал.
– Их рейды на наши острова не слухи, – возражение Джорона получилось более резким, чем он сам того хотел.
Миас немного помолчала, прежде чем дать ответ.
– Да, так и есть, как и наши рейды на их острова. Вот тебе мой совет: суди о них, глядя на то, кем они являются, когда ты их встретишь, а не по слухам, которые распространяют те, до кого они доходили в виде историй.
– Именно эти истории меня и тревожат, – сказал Джорон. – Я выполняю твои приказы, и, если на то есть веские причины, поверю в твои слова, но команда…
– …никогда их не встретит, Джорон. Никогда. Меванс и Серьезный Муффаз сядут на весла и доставят нас к кораблям Суровых островов – им можно доверять. А когда мы окажемся на борту корабля обитателей Суровых островов, с нами будут обращаться так, словно мы их соплеменники. Если супруг корабля с Суровых островов поднимется на борт «Дитя приливов», мы примем его так, будто он родом со Ста островов. Язык и акцент отличаются незначительно, а одежда у нас и вовсе практически одинаковая. Таково преимущество корабля мертвых, хранитель палубы: любой может стать супругом корабля. И тот факт, что никто не слышал о таких супругах корабля, не вызовет подозрений.
