– Мы высадим тебя на берег там, где есть ветрошпиль, как только у нас появится возможность, – пообещала Миас. – Ну а по поводу вещей, которые ты попросил, я скажу хранителю палубы Твайнеру, чтобы он их собрал.
Голова ветрогона повернулась, безошибочно отыскав Джорона, несмотря на то, что он был слепым. Миас открыла дверь клетки и отступила в сторону. Ветрогон быстро выскочил наружу и стал спускаться по лестнице на нижнюю палубу, а вся команда смотрела ему вслед.
Это зрелище заставило Джорона содрогнуться, но остальная команда, казалось, уже привыкла к ветрогону; для них он стал просто мебелью, такой же частью корабля, как рулевое весло, позвонки или рангоут. Однако Джорону он представлялся чем-то темным и противоестественным. В детстве ему снились шторма, которые говорили с ним, и его отец повторял, что он должен гнать подобные мысли, они не могут принести ничего хорошего, и, если он начнет о них рассказывать, то очень скоро окажется над кораблем в виде зоресвета.
Но как он мог не вспоминать свои сны теперь, когда существо, способное контролировать ветра лишь силой собственной мысли, ходило по той же палубе, что и он?
Они летели по морю, Глаз Скирит закрылся над ними, свет города постепенно поглощала ночь, огней становилось все меньше, пока не осталось только размытое сияние, исчезновение которого, как казалось Джорону, должно вызывать печаль хотя бы у части команды, и пусть он не был одним из них. А потом холодные кости Скирит озарили небо, мириад сияющих посланий для курсера и супруги корабля, собравшихся внизу, чтобы начертить курс «Дитя приливов». Как он здесь оказался? Офицер корабля мертвых, корабля предателей, направлявшегося на встречу с обитателями Суровых островов.
Как такое могло случиться?
Предателей среди своих соплеменников он почти мог понять – встреча с другими жителями Ста островов, стремившихся остановить войну, это хотя бы имело какой-то смысл. Но обитатели Суровых островов? Они лишь немногим отличались от животных и убивали собственных детей, если им не удавалось захватить детей Ста островов. Мастера тайных заговоров, похитители и убийцы. Но Миас не моргнув глазом согласилась с ними объединиться.
Как такое могло быть?
Неужели именно за это ее приговорили к черному кораблю?
И как себя поведет команда?
Попытается ли Миас скрыть от этих грубых женщин и мужчин, что она сотрудничает с врагом? Люди, которых они ненавидят и боятся больше всего на свете, поведут свои корабли рядом с ними, и они будут вынуждены им доверять. Но разве они смогут? И какой бы удачливой ни была Миас, существует вероятность того, что они просто не последуют за ней.
Однако без жителей Суровых островов, готовых прекратить войну, мир, о котором говорила Миас, не сможет наступить.
Джорон тяжело вздохнул.
Нет, это не его проблема, пусть ее решает Миас. Быть может, если он постарается научиться у нее всему, что только возможно, когда придет время, и ее предательство станет явным, он сумеет управлять кораблем. Джорон не сомневался, что Меванс и часть ее команды будут на его стороне. У него возникло ощущение, что он им нравится. И еще Анзир. Она его поддержит. Ему нужно лишь показать себя с лучшей стороны и…
Он отбросил эти мысли. Зачем что-то планировать заранее? Он на палубе черного корабля. Какой смысл думать о будущем? Нужно просто жить. Делать работу, двигаться и существовать.
И с такими мыслями Джорон принялся за выполнение первой задачи, которую он перед собой поставил, – запомнить имена тех, кто служил под его командой.
С некоторыми получилось просто: мастер костей, Коксвард, имя такого мужчины трудно забыть. Как и хранителя шляпы и казначея, Меванса. Серьезный Муффаз – проклятый Девой, его он запомнил сразу – он мать палубы, отвечающий за дисциплину на борту и наказания для тех, кто ее нарушает. Фарис, обезображенная ожогами девушка, стала главной по лукам на нижней палубе, и Джорон вдруг понял, что испытывает за нее определенную гордость – ведь именно он выбрал Фарис на эту должность. У них была смотрящая-на-море Фогл, но Миас предупредила его, что она склонна к пьянству, и попросила Джорона подыскать тех, у кого имеются подходящие навыки, чтобы в случае необходимости ее заменить.
Миас выбирала офицеров нижней палубы из всей команды, а не только из своей бывшей, так как понимала, что, если перемешать тех, кто уже раньше находился на черном корабле и кого им удалось набрать на тюремных судах, это поможет быстрее сплотить людей, как сочленения ласточкина хвоста в костях, и тогда люди станут единым целым, настоящей командой. Два смотрителя-за-крыльями, Джорон не мог вспомнить их имен, один из старой команды, другой из команды Миас. Как же их зовут? Он выяснит. Гавит – это имя он уже знал. Мальчик каюты с разбитым сердцем каким-то образом подружился с Серьезным Муффазом, который убил свою жену. Такое же горе, только отраженное в разных зеркалах, решил Джорон.
