Я рассматривал Женькины пыльные кеды, затем перевел взгляд на загорелые коленки: на одной из них была свежая ссадина. Я вспомнил, как девчонка ловко забиралась на маяк, рыбачила в открытом море, смело управляла яхтой… Мне захотелось обнять Женю еще крепче, прижать к себе изо всех сил, никогда не отпускать. Но думаю, она не поняла бы моего душевного порыва.
– И дедушка тоже хорош! Вообще никак не реагировал на ее никчемные замечания. Просто дальше молча пил кофе из, простите великодушно, некофейных чашек! Как-то без нее всю жизнь так завтракали, и ничего, не померли.
Мне нравилось слушать Женькино ворчание. Я уткнулся носом в ее волосы, пока она, кажется, не замечая ничего вокруг, продолжала:
– И вот она мне говорит: «Евгения! Я в вашей комнате заметила книжную этажерку, и мне кажется, что она лучше будет смотреться в гостиной». А я ей: «Ах, Изольда Эдуардовна, а не выпить ли вам яду?»
– Так и сказала? – удивился я, не отрывая лица от Женькиных волос.
– Ну немного не так, – призналась Женька. – Я предложила допить ей свой кофе из неправильной чашки и вернуться к этому разговору немного позже…
Женя вздохнула.
– Костя, ну почему так? Как только я привыкаю к чему-то хорошему, это обязательно заканчивается? Вот и ты скоро уедешь…
Ее слова насторожили меня. Я отстранился от Жени и внимательно посмотрел ей в глаза. Значит, я был чем-то хорошим для нее… несмотря на все неприятности, которые успел принести.
Женька так же внимательно смотрела на меня. Ее большие карие глаза, обрамленные черными пушистыми ресницами – никогда их не забуду.
– Женя… – начал я.
Но тут дверь моего номера распахнулась, оттуда показалась Кристина в белом махровом халате и с полотенцем на голове.
– Костя? – удивилась она. – А я тебя потеряла…
Женька вскочила на ноги, по-видимому, чтобы не смотреть на Кристину снизу вверх. Я тоже нехотя поднялся.
– Привет! – первой звонко поздоровалась Женька. – Я – Женя.
– Здравствуй! – удивленно откликнулась Кристина. – Очень приятно, а я – Кристина. Костя, а я вам не помешала?
Женька не дала мне ответить, выпалив:
– Нет! Конечно, нет, не помешала, тем более что я уже ухожу…
С этими словами Женя бросилась к лестнице, не дав нам с Кристиной опомниться.
– Ты не возражаешь, если я на пару минут отлучусь? – обратился я к Кристине.
– Да пожалуйста, – пожала плечами девушка.
Я смог догнать Женьку только у ворот нашего отеля.
– Женя! – Я схватил ее за руку и развернул к себе.
– Эта… – Женька запыхалась. – В вишневом платье… вы до сих пор вместе?
Я тоже после бега тяжело дышал.
– Так может показаться со стороны, да… – начал неубедительно я.
– И сегодня вы ночевали вместе? Я имею в виду… ты провел с ней ночь?
– К чему ты клонишь? – тупо спросил я, хотя прекрасно понимал к чему.
– У тебя получилось с ней переспать? – не отставала от меня Женька.
– Если сейчас, как обычно, пойдут твои шутки про мой возраст, то с этим у меня все в порядке…
– Замолчи! – поморщившись, крикнула Женька. – Замолчи, Костя, что ты несешь? Я думала, вы расстались… Тогда зачем…
Я заметил, что в Женькиных глазах стояли слезы.
– Тогда зачем ты вчера меня целовал? – всхлипнув, спросила Женя.
Я стоял, по-прежнему держа в руках Женькину руку. И не находил ответа на этот вопрос.
– Если в знак благодарности за то, что я тебя вытащила из моря, то это лишнее, – продолжила Женя. – Мог отделаться шоколадными конфетами. Я, например, люблю «Мишки в лесу».
– Я тебя целовал, потому что мне этого хотелось, – прямо ответил я. – И сейчас хочется.
Тогда Женька выдернула свою руку и горько рассмеялась:
– Дедушка был прав, когда говорил, чтоб я держалась от тебя подальше. Что еще можно было ожидать от такого взрослого смазливого парня?
– Женя, прости!
Женя отрицательно покачала головой, быстрым движением смахнув ладонью слезу, которая катилась по щеке.
– А знаешь, Костя, это даже хорошо, что мы сейчас с тобой расстанемся вот так… поссорившись. Это очень здорово, что ты так смазал мое хорошее впечатление о себе, ведь я знаю, как без близкого человека плохо. А теперь, наверное, мне будет намного легче о тебе забыть. Ты все испортил.
– Я не хочу, чтобы мы так расстались, – воскликнул я, заключая Женьку в объятия и целуя ее в макушку. – Да, признаюсь, я часто поступаю как полный кретин. Не могу даже себе объяснить, почему я что-то делаю или говорю и почему меня так тянет к тебе…
Женька больше не вырывалась из моих объятий. Мы простояли так посреди улицы несколько минут, прежде чем Женя заговорила:
– Но тянет тебя, похоже, не только ко мне…
– Мне жаль, – тихо ответил я.
– Значит, недаром говорят, что влюбиться не самый лучший способ стать счастливым, – грустно ответила Женька, по-прежнему прижимаясь ко мне.
– Наверное, сейчас ты жалеешь, что спасла меня, а не оставила в море?
Женя отстранилась от меня и внимательно посмотрела в глаза.
– Я жалею, что мы вообще с тобой встретились, – прямо ответила она. – Прощай, Костя!
