– Ваша мать – Мария? Да что он такое плетет! Это же ни в какие ворота не лезет: взять хоть возраст. Да этот старик наверняка слабоумный.
Кадзама говорил о ресторане «Адольфо» как о самом знаменитом во всем Толедо. Ресторан был довольно роскошный, но Кадзама, как ни странно, оказался знаком с хозяином, Адольфо, и они приветствовали друг друга как старые друзья.
Здание ресторана было построено пятьсот лет назад или около того, и решетчатый потолок в стиле мудехар[100] оставили нетронутым. С этим потолком хорошо сочетались стены, покрытые плитками с крупным мозаичным рисунком работы современных художников.
Хозяин ресторана Адольфо был радушным человеком лет сорока, с великолепным носом, которому позавидовал бы и сам Сирано де Бержерак.
Кадзама посоветовался с ним и заказал два вида оленьих бифштексов, жареного молодого барашка, куропаток, тушеного кролика и многое другое.
И как раз тогда, когда Рюмон уже готов был отправить кусок куропатки в рот, Кадзама сказал, что знает, где спрятано золото.
Рюмон положил вилку и потребовал объяснений:
– Ну так рассказывай, где оно, по-твоему, спрятано.
Кадзама довольно ухмыльнулся:
– А вы сами попробуйте догадаться. Там, где течет большая река и где есть подземная пещера.
– Ну не в Пилетской же пещере, верно?
– Конечно, не в ней.
Синтаку раздраженно вмешался:
– Да хватит тебе важничать. Давай говори уж скорей.
Кадзама поставил вилку стоймя на скатерть:
– Здесь.
Синтаку опешил:
– Здесь – это где? В погребе этого ресторана, что ли?
– Не попал, но и не промахнулся, – важно проговорил Кадзама и отпил глоток вина.
Рюмон поднял указательный палец:
– То есть пресловутые золотые слитки спрятаны под землей где-то в Толедо, ты это хочешь сказать?
– Совершенно верно.
Тикако всем телом подалась вперед:
– Здесь рядом действительно течет большая река – Тахо, но вот пещеры здесь, по-моему, нет.
– А вот и есть, – вмешалась в разговор Риэ. – В начале гражданской войны захваченный мятежниками Толедо был окружен республиканской армией и подвергся жестокому нападению. Я слышала, что в то время мятежная армия спустилась в подземелье королевского дворца Алькасар и продержалась там два с половиной месяца. Говорят, что подземный ход соединяет это подземелье с целым лабиринтом пещер.
После этого слово перехватил Кадзама:
– К вашему сведению, Толедо был столицей западных готов, которые с шестого по восьмой век царствовали на Иберийском полуострове. Тогда, на случай нападения врагов, они прорыли под городом громадный лабиринт. Вход в него практически полностью завален, но сами подземные ходы остались до наших дней.
Рюмон тоже выпил вина.
– Но объясни мне, откуда ты знаешь, что золото спрятано именно здесь? Что ты разузнал на похоронах Хоакина?
– Я там встретил человека по имени Антонио Дельгадо – друга детства Хоакина. Он рассказал мне, что в момент, когда началась гражданская война, Хоакин должен был находиться на территории Республики. Однако в начале декабря тысяча девятьсот тридцать шестого его вдруг обнаружили в Толедо, когда город был занят мятежниками, в одном из вырытых под землей ходов. Хоакин остался только с одним глазом и, похоже, тронулся умом. По мнению Антонио, Хоакин по какому-то стечению обстоятельств забрел в этот громадный лабиринт, долгое время блуждал там и в конце концов по счастливой случайности выбрался оттуда наверх.
– И что же, Хоакин вместе с Гильермо и тем русским, как его, Болонским, спрятал украденные у Орлова слитки в толедских пещерах? Ты это хочешь сказать?
– Я хочу сказать? Нет, это обстоятельства говорят сами за себя, – ответил Кадзама, прищурившись.
Рюмон покачал головой и отправил в рот кусок куропатки.
В голове прозвучал куплет солеа Хоакина эль Оро: «Возле реки широкой отыщешь клад золотой…»
Ему припомнилось и то, как Хоакин твердил что-то не очень вразумительное о пещере. Так, значит, золото было в пещере под Толедо? И правда, рядом течет широкая река Тахо, и, если верить словам Кадзама, пещера здесь тоже была. Все обстоятельства действительно сходились.
Рюмон достал карту, которую Хоакин хранил в пустой глазнице, карту, на которой был обозначен тайник с золотом.
В Пилетской пещере карта вымокла, чернила расплылись, и читать ее стало трудно. Но разглядеть отдельные линии все же было можно.
Рюмон расправил карту и положил перед Кадзама.
– Вот это изогнутое русло – Тахо. А крестик указывает на тайник с золотом. Смотри, тут рядом мост, видишь?
Кадзама, нагнувшись, всмотрелся в линии:
– Это мост Алькантара.
– Лабиринт здесь выписан со многими изгибами, но сам тайник находится вроде бы совсем недалеко от берега, да?
– Точно, за мостом Алькантара, чуть ниже по реке. Если исходить из содержания песни Хоакина, они, наверное, плыли на лодке от Мадрида вниз по Мансанарес, потом через реку Харама вошли в Тахо. Или же начали с севера Аранхуэса, потом прямиком вошли в главное русло Тахо и спустились вниз до Толедо: одно из двух. И в каком-то месте под водой проникли в пещеру.
– Ты можешь разобраться, где это место, указанное крестом?
