– Ну так что, можно я заберу ее и унесу спать? Обещаю, что не причиню ей вреда. Барс приподнял голову, позволяя Тагиру аккуратно поднять девушку. На прощание Золотой снова тихонько рыкнул и, положив голову на солому, закрыл глаза. Его названная сестра помогла ему обернуться и тем спасла ему жизнь. А его истинная пара – он потерял ее, когда обидел и она ушла к «вольным», а он дурак ее не остановил. Верховный маг тихо вынес девушку, оборотни дернулись на встречу, но он остановил их.
– Я сам, – твердо сказал он. – И не закрывайте камеру с Барситосом, все в порядке, ему просто нужно отдохнуть. Прижимая Киру бережно к себе, он вышел в коридор, затем в кабинет и оттуда домой. Дома не спали все, ждали вестей. Тагир вначале отнес девушку в ее комнату и уложил в постель. Снял обувь, провел пальцами по платью оно превратилось в красивую кружевную сорочку, но потом, подумав вернул все обратно, вдруг Кира не так поймет и напридумывает себе чего-нибудь. Он прикрыл ее теплым пледом и вышел.
Семейство обнаружилось в гостиной. Азаэрта поднялась с кресла увидев входящего сына.
– Все в порядке, мамэ, – тепло сказал он. –Твоя техери спит. Я уложил ее на постель и накрыл. Барситос тоже, думаю, к утру с ним все будет в порядке. Как случилось, что она вошла в камеру? – обратился он к отарэ.
– Сам не понимаю. Барс никому не позволял подойти, боялся, что его зверь от боли будет неуправляемым. Потребовал закрыть его в камере. Пока все спорили, появилась Кира, сунула Анрэ какую-то корзинку и, войдя в камеру, закрыла за собой задвижку на двери. А потом, повернувшись к окошку, приложила палец к губам. Затем подошла к оборотню, лежавшему на соломе, и начала гладить по голове и что-то шептать на ухо, слышно было только «Барсик», так она ласково называла его. Потом она резко выдернула кинжал, и Барситос в прыжке сумел обернулся. Огромный барс кинулся к техери, но остановился и лизнул ее в щеку. Потом положил на колени свою голову, – мужчина вздохнул. – Прости, тахер, моя вина, не уследил, – устало сказал он.
–Нет вина на мне, – ответил отцу старший сын, я виноват, что Кира вернулась одна. С меня и спрос.
–А почему она вернулась одна, – заинтересованно спросил младший.
Тагир тяжело вздохнул.
–Пойдем надо поговорить, –ответил старший и, поцеловав в щеку мамэ, выше из комнаты. В кабинете отца он разлил темное рубиновое вино по бокалам и рассматривая напиток на свет поинтересовался у Анрэ:
– А ты в курсе, что твоя сатара понимает эльфийский.
–Да-а-а, – передразнивая старшего протянул брат. – Вполне возможно, она в универе входит в тройку лучших. И что в этом плохого.
– Плохое в том, что в гостях у Лаврюши оказались его кузины, – с раздражением ответил старший.
–Ииии, – многозначительно протянул младший.
– И услышала много такого, чего ей не нужно было слышать, -вздохнул старший, – а потом поинтересовалась у Ариэль, что значит «веселикури», – и он сделал судорожный глоток из бокала. – А еще неизвестно сколько и чего себе надумала, – задумчиво продолжил он.
– Знаешь, я сегодня был в универе, отслеживал ситуацию. Так вот, туда звонили родители Киры и интересовались, почему не звонит их дочь. Дескать они переживают и просят приехать. Я как дурак распереживался и помчался к ним. Дверь открыла ее сестра – весьма беременная – и сказала. что родители на даче. Я туда, -младший как-то задумался.
–И, –Тагир сам не узнал свой голос.
– Знаешь, даже в самых страшных сказках про колдунов и ведьм такого не придумали. Ее старшая сестра Снежана беременна, и мать решила заставить Кирюшку записать ребенка на себя.
– И каким же образом? – поинтересовался брат.
– А тут, братик, все просто, дескать, не захочет же она, чтобы ее племянник, ну, или племянница выросли в детском доме. Снежаночка – красавица, ей надо жизнь устраивать, а младшей все равно ничего не светит. Правда институт придется бросить. А чтобы она ни смогла отказаться, ну так на всякий случай, они оформили Снежану по документам Киры. Так что беременной считается Кира Васнецова, студентка нашего универа. Понимаешь Тагир, у меня душа вся как будто сжалась в комок от этих слов. Даже не подошел к ним. Они ведь не видели меня, сидели на диванчике в саду на даче и решали судьбу младшей дочери, как чужой. Страшно, когда тебя придают родные люди. Она ведь для меня сестренка младшая, которую хочется защищать. И для мамы как дочь. Теперь у нее, кроме нас, никого нет. Еще только тетка, кажется, сестра отца.
–Тагир, – младший брат смотрел в глаза старшего с затаенной мольбой. – Поговори с Кирой как старший сатар, как брат.
– Нет. Я не могу, она не моя сатара.
– Почему? Потому что твоя мать погибла вместе с твоей не родившейся сестрой? Но Кира в этом не виновата. Ведь наша мамэ любит тебя, как родного, почему ты не хочешь полюбить нашу сатару? – в голосе Ревы появились гневные нотки.
