Солнце уже встало, когда по очереди парочками начали спускаться супруги. Тар и Михайрос спустились чуть раньше и слушали рассказ Тимофея об утренней вылазке, Низа, подошедшая к столу, хотела сесть рядом с младшим, но неожиданно один из гепардов предложил ей стул и, усадив, налил чай, положил на тарелку блинчики и придвинул ей. Девушка засмущалась, щеки покрыл румянец, сразу стало заметно, что она очень хорошенькая. За то время, как она покинула свою стаю, она перестала сутулится и горбиться, слегка поправилась и перестала опускать взгляд в землю. Тарос, увидев эти невинные ухаживания, нахмурился. Первыми из супругов спустились Тагир и Ирина. Только они уселись за стол, как с улицы донесся звук мелодии, Ирина, поднявшись, вышла на веранду. Справа от крыльца бил фонтан, огромная перламутровая раковина, в которой лежали пять разноцветных жемчужин, из которых вверх поднимались пять разноцветных струй, красиво переплетающихся между собой. Тагир подошел к жене.
– Как думаешь, он долго будет петь? – спросила она, не оборачиваясь. Тот щелкнул пальцами и фонтан замолчал.
– Спасибо, любимый, – сказала она, – пойдем завтракать. Когда они повернулись к двери, услышали грохот падающих стульев, ясно, значит кто-то смотрел в окно. На крыльце стоял только Хран:
– Да, зря Барситос кому-то не дал в глаз, – тихо сказал он, чтобы слышал только, Тагир.
Под конец завтрака, было решено отправиться на экскурсию к полудню, чтобы застать цветы раскрывшимися и успеть посмотреть сумеречные, которые раскрываются только к вечеру. А до поездке мужчины решили заняться своими делами, проверить байки, взять запас воды. Девушки решили искупаться, сопровождать их пошли Таш, Лавр и Барс. Когда девчонки, побросав платья на расчищенный от камней песчаный пляж, устремились в воду, обнаружили на камнях трех русалок. Ундины сидели и, расчесывая свои длинные волосы, переглядывались и строили глазки мужчинам. Пришедшим девушкам это не понравилось, Ариэль, надув губки, стала их прогонять, но те были настроены на скандал. К подруге присоединилась Шамиля, но все остановила как всегда Ирина.
– Девочки, – обратилась она к русалкам, – думаю, вам лучше уйти, сейчас придет мой муж, он вскипятит здесь воду и боюсь вам очень не понравится, – она подчеркнула, – очень-очень горячая ванна.
– А что, наша принцесса боится холодной воды? – Ирина посмотрела на ундину и узнала ту, что все время терлась около Урасиноса.
– А, веселикури моего кузена? Сразу все вместе, тогда будет только лучше, разом избавимся от всех, – и она подперла кулачками бока.
– Веселикури – это кто? – спросила одна из русалок.
– Это вы, – гневно сказала Ариэль.
– А мой муж просто не хочет, чтобы к любимой жене цеплялись всякие микробы. – она сложив руки на груди и позвала, – Тагир, любимый, здесь просто полно микробов.
Ундины испуганно нырнули в воду и скрылись. Сидящие на берегу маги засмеялись. Девушки весело плескались в воде, когда Шамиля вдруг вскрикнула:
– Опять русалки.
– Нет, это я, – засмеялась Ирина, – подарок бабушки Риши. – и она ударила хвостом по воде, забрызгав даже мужчин, сидящих на берегу. Неожиданно пришел Тагир, друзья рассказали ему историю с русалками.
– А может и нам поплавать со своими русалками, – и быстро раздевшись мужчины прыгнули в воду. Началось веселое барахтанье. Когда все, устав, подошли к лестнице для подъема, сверху послышалась песня, та самая – о любви – и пел ее голос Урасиноса. Ирина от злости, которая закипела в ней, мгновенно взлетела по лестнице как на крыльях и тут же увидела новый фонтан с другой стороны крыльца. Теперь это была фигура серена, сидящего на коралле, выполненная в натуральную величину. Девушка подлетела к байкерам и схватив какой-то тяжелый инструмент врезала сидящей фигуре в мраморный лоб.
– Достал, – сказала она. Статуя упала, и Ирину обдал фонтан брызг, она с остервенением ударила дважды по кораллу, и фонтан заглох.
– Любимая, – она услышала спокойный голос мужа, – зачем ты взяла эту тяжесть. Он взял железяку из рук жены и с легкостью откинул ее. – Ты же вся мокрая, пойдем переоденемся, – и подхватив ее на руки, скрылся в доме. Лавр приподнял инструмент и присвистнул: «Тяжёлая вещь».
– Это колун Храна, его больше никто не берет, слишком тяжелый, – сказал кто-то из гепардов.
– Да еще замахнуться трижды, это кто ее так достал, – спросил сам Хран.
– Пострадавший и достал, – засмеялся барс.
Ирина переоделась и активировала зеркало для связи с бабушкой Ришей. Увидев бабушку она хотела сказать все что думает о поведении кузена, но та, закрывая рот рукой, пыталась сдержать смех. Выяснилось, что насколько минут назад к ним ворвался племянник с огромной шишкой на лбу и синяками под обоими глазами и сказал, что ему срочно нужно поговорить с Принцессой, так что дед повел его в портал.
– Молодец, внучка, похвалила Владычица, пусть знает наших. Привык со своими ундинами. А знаешь почему русалки не заплетают волосы в косы? – вдруг спросила она.
– Почему, – спросила оторопевшая девушка.
