Моя «Лада» стояла темным пятном метрах в десяти-пятнадцати, уткнувшись носом в кучу кирпича.
«КамАЗ» на возвышенности снова зарычал и зажег свои габаритные огни. Маринка прижалась ко мне. Но «КамАЗ», рыкнув и пукнув несколько раз, подался назад и уехал.
– Свалил, что ли? – прошептала Маринка.
– Нас свалил, а сам куда поехал, не знаю, – ответила я.
– А почему твоя «Лада» не взрывается? – спросила Маринка. – Что это она?
– Ну откуда я знаю? – меня, как всегда, уже начали раздражать бестолковые Маринкины вопросы. «Почему «Лада» не взрывается?» Да не хочет, потому и не взрывается! Что она, «Кадиллак», что ли, из американского кретинистического боевика? Нормальная машина, вот и ведет себя по-нормальному. «Почему не взрывается?» Да потому что!
Я снова взяла Маринку за руку и потащила вперед, то есть назад, подальше от «Лады». Вокруг было темно, но не настолько, чтобы не видеть, что находится впереди нас, хотя бы на несколько шагов.
Поспотыкавшись еще с полчаса, мы наконец-то выбрели на грунтовую дорогу.
– Куда нам, – подумала я вслух, – налево или направо? Я совсем не ориентируюсь.
– Ой, да пошли отсюда быстрее хоть куда-нибудь, – вскричала Маринка, – а то он догадается и подкатит сюда. Вот тут-то мы и озябнем!
– Этот придурок на «КамАЗе» подкатит? – спросила я.
– Нет, Карлсон с вареньем! – огрызнулась Маринка. – А я и не поняла, что мы тут просто гуляем.
Я промолчала и пошла вперед по дороге или назад – не знаю. Одним словом, ни я, ни Маринка не знали, куда мы шли, но ведь нужно же было куда-то идти. Маринке ничего не оставалось, как, ворча, следовать за мною.
Я шла уверенно и напряженно, и не потому, что знала, куда нужно идти, а потому, что не могла стоять на месте. Однако я и шла, и прислушивалась. Вокруг было тихо. Только звуки наших шагов нарушали эту неестественную тишину. Мы были на окраине города, и здесь все было не так, как в городе: и ночь не такая, а слишком темная, и тишина слишком тихая.
Неожиданно Маринка рассмеялась.
– Ну что еще, – спросила я, – анекдот вспомнила? Тут вся жизнь, как один длинный анекдот…
– Тебе не кажется, что мы шагаем прямо к кладбищу? – спросила меня Маринка.
– И что же тут смешного? – я обозлилась не на шутку. Ну что это еще за разговоры? И так творится черт знает что, а она еще и шутит! – А ты не подумала о внезапной встрече с покойничками? – ядовито спросила я. – Представляешь, сейчас ка-ак выпрыгнут из-за кустиков с крышечкой гробика в ручках и ка-ак поманят нас за собою!
– Прекрати немедленно! – закричала Маринка так страшно, что мне самой стало не по себе. Вот, блин, угораздило же ее брякнуть эту чушь про кладбище, теперь самой уже становится немножко неуютно. А так хорошо шлось до этого!
Впереди послышался стрекочущий звук, быстро приближающийся и нарастающий. На «КамАЗ» это было не похоже. Скорее всего, это было похоже на моторчик Карлсона. Однако звук нарастал, и стало ясно, что это мотор какого-то крупного зверя, но никак не Карлсона. Как минимум летела фрекен Бок.
Из-за поворота, совсем не видного впереди, вывернулся фонарь и быстро начал приближаться к нам. Я не сразу поняла, что это мотоцикл. А когда сообразила, то он уже почти подъехал. Однако радости это никакой не доставило. На мотоцикле сидел черт. Самый обыкновенный черт. С рогами.
Мотоцикл остановился, поравнявшись со мною, и я разглядела, что на мотоциклисте просто была надета каска такая с рожками, но не сразу мне полегчало – ни фига себе, вам бы такие переживания!
– Гуляем, девчонки? – спросил нас мотоциклист, судя по голосу, молодой парень. Молодой и веселый, без всяких признаков издевательства в интонациях. Он снял каску и держал ее на согнутой руке.
– Мы заблудились, – вышла вперед Маринка, – не подскажете, как нам добраться до дома?
Парень рассмеялся.
– А где ваш дом? – спросил он. – Вы как сюда попали, девчонки?
– Как мы сюда попали – это история трагическая, – Маринка так романтично и уверенно обрабатывала этого рогатого наездника, что я даже на секунду позавидовала ей. – Но, если вы нас возьметесь довезти, то сможете услышать эту историю.
– Обеих сразу? – парень почесал затылок. – Ну что ж, девчонки, можно и так, но только не обессудьте: будете ехать без комфорта и не по самому лучшему маршруту. Ментов видеть не хочу.
– Годится! – сказала Маринка и скомандовала мне: – Седлаем, Оль!
Обратившись к парню, она спросила:
– Как тебя зовут, спаситель?
– Константин! – ответил парень, и я вздрогнула. Маринке, как я почувствовала, тоже на секунду стало не по себе, и она наклонилась, стараясь рассмотреть лицо парня.
– Что такое? – снова рассмеялся парень. – Думаете, можно ли мне доверять? А без пробы не получится!
– Да нет, смотрю, не наш ли ты знакомый, недавно выпущенный из КПЗ? – осторожно сказала Маринка.
– Ни разу там не был, девчонки, честно-честно. А из психушки я только вчера выписался досрочно. За хорошее поведение, – парень рассмеялся громче и передвинулся на сиденье мотоцикла чуть назад. – Так, – сказал он, – одна садится впереди меня, а вторая – сзади. Обе держитесь, но не душите и не щекотите.
