Внизу стартовой прямой трасса резко изгибалась, и становилась более маневренной, где я и выбился в лидеры. А на некоторых поворотах я даже умудрялся оказываться впереди всех. Но крепкий мускулистый парень вновь отнял у меня чувство превосходства. Он выбирал оптимальные траектории, грамотно цеплялся за тонкие упругие струйки воздуха, и каждый раз в итоге опережал меня. Башни тоннели и воздушные реки мелькали у меня под ногами. Несколько раз я взмывал вверх, чтобы запечатлеть трассу и просчитать себе оптимальную траекторию биотроникой, но русские и здесь меня опередили. Воздушная трасса была динамичной, и каждый раз менялась. И когда мы уже выходили обратно на Ножку, я был вторым. Я старался как можно точнее исполнять движения, избегать ошибок, но всё же был вторым. А когда решил воспользоваться своим преимуществом в быстром торможении, то и вообще. В общем финишировал я пятым. Из восьми.
— Кто это сделал! — крикнул я иронично яростно. — Кто нацепил на меня распашонку?
— Ну, я. — сказал победитель и протянул мне шляпу.
— Красавчик! — сказал я задыхаясь от радости и адреналина.
Я выхватил у него шляпу, иронично брезгливо отряхнул её, и стал неумело отстёгивать распашонку. Ко мне подбежала рыжая девушка с горящими от восхищения глазами и стала расспрашивать.
— Вы отлично держитесь в воздухе! У вас реально талант! Мне никогда так не научиться. Давно вы летаете?
— С двадцати шести лет.
— Вы начали совсем недавно?
— Ну раньше часто летал, но потом мне жена запретила. Но в целом регулярно летал последние двадцать восемь лет. правда на драконе и без распашонок.
— Жена… — скривилась девушка.
— Без распашонок?
— На драконе? Это где это?
— Ну, буквально. Верхом. На драконе.
Вдруг один парень, который финишировал после меня снял аэродинамический головной убор и я узнал в нём того самого раздражительного мужчину, который поучал меня возле лифта.
— А, так вы тот самый британский шпион!
— Правда? — восхитилась девушка — Так это про вас весь город говорит?
— Как? Уже? — выдал себя я.
Девушка мигом вцепилась в меня, как наивный ребёнок и начала расспрашивать с новой силой, под неодобрительные взгляды парня, который пришел к финишу сразу передо мной.
— А вы откуда? А в Британии тоже мегагорода есть? А как вы на драконах летали, это что в онлайн симуляции?
— Нет. На офллайновых драконах. — грустно сказал я и заметил как вороны растаскивали мой ужин.
Но из объятий девушки меня выхватил встревоженный Кошкин. Он оттащил меня в сторону и повёл к лифту. Он стоял рядом со мной и был чернее тучи. Целых сорок этажей он ни говорил ни слова. Когда мы вышли на площадь перед Ножкой, где нас ждала Волга, мы торопливо сели в машину и с пробуксовкой отправились в неизвестном направлении.
— Что случилось?
— Как дела с магией? — сухо спросил он.
— Всё отлично. Магия существует. Есть прототип. — сказал я и показал транзистор привязанный к шляпе.
— Это хорошо. — на миг воодушевился Кошкин. он спешно повернул, припарковал машину у тротуара и тихо но тревожно добавил. — Мы вляпались в серьёзное дело. Мы не должны были в это всё лезть. Баринов — марионетка очень высоких людей из Екб, э-э-э, Екатеринбурга.
— И что нам дальше делать?
— В такое, я не могу тебя втягивать. — Кошкин достал из бардачка документ, сунул его мне и добавил — Вот тебе путевой лист до аэропорта Тушино, убирайся из России как можно скорее, и держись подальше от Польши.
— Но как же, я же? Но мы же через такое прошли разве ты не..
Кошкин дал мне бумажку с рукописным адресом и торопливо сказал:
— Послушай, с тобой и правда классно работать, я и правда к тебе немного привязался, но то что произойдёт дальше ты просто не потянешь. Да и я скорее всего тоже.
— Вот. Это адрес защищённой точки связи, оттуда можешь позвонить родным. Предупреди их. Не поминай лихом.
Я не успел ничего ни понять ни ответить. С неба спустился огромный чёрный циклокоптер, и из него на дорогу выскочили роботы полицейские, точь в точь такие, каких я видел в тюрьме. Они наставили на Кошкина автоматы и арестовали.
Когда братья мне сказали что отец был ранен и попал в плен, мои сердца чуть не попадали в пятки. Но то что я узнал позднее, вогнало меня в дикую ярость. Мать знала об этом и ни ничего мне не сказала. Как она могла скрывать от меня это? Отца поджарили взрывом плазменного облака, половина его сослуживцев погибли на месте, а вторая почти поголовно остались инвалидами. Как родная мать могла так со мной поступить?
Но позднее выяснилось ещё кое-что. Сёстры тоже знали, и держали меня в неведении как будто мне было не семнадцать, а всего пять. Мои братья, Прим и Марк, хотя и были засранцами, но всё же могли бы мне доверять, и не утаивать от меня хотя бы такое. Когда я пришел к дяде Микушу, тот не только удивился что я об этом не знаю, но и помог мне разузнать, где именно сейчас папа.