Та безучастно кивнула, и мы вместе подошли к меню.
– Я все равно ничего не понимаю, – призналась Лиза, оглядев список блюд. – Что такое «гедлибже»? Или «аджапсандал»? Звучит, если честно, не слишком жизнеутверждающе… Может, вы сами выберете и закажете? Только мне много мяса и сладостей нельзя, я могу есть только курятину или индейку, а вместо шоколада приходится питаться фруктами…
– Ладно, садитесь за столик, я сейчас разберусь, что здесь лучше попробовать, – решила я.
Лиза покорно уселась за стол возле окна, я же обратилась к продавцу, повару, а заодно и хозяину заведения с просьбой разъяснить непонятные мне термины.
Выяснилось, что «гедлибже» – это обычная курица, тушенная со сметаной, луком и чесноком, а «аджапсандал» – всего-навсего блюдо из баклажанов, сладкого перца и помидоров. Изысканный вкус этого овощного рагу объясняется тем, что овощи сперва обжариваются по отдельности, а затем только тушатся вместе. По словам повара, благодаря такому приготовлению достигается настоящее волшебство, блюдо просто невероятно вкусное и ароматное.
– Вы меня убедили! – улыбнулась я и заказала Лизе курицу в соусе и овощной «аджапсандал».
Себе тоже взяла кавказское овощное рагу и популярный среди туристов бешбармак – баранину со специями в тонком тесте.
– Присаживайтесь, как приготовлю – позову! – с сильным акцентом проговорил кавказец.
Я окинула взглядом ресторанчик – кроме хозяина заведения, никаких других работников я не увидела.
– Неужели вы один все время работаете? – удивилась я.
Кавказец широко улыбнулся мне и заявил:
– Я люблю свое дело, вы никогда лучше еды не попробуете! Вот увидите, еще раз ко мне придете!
Я отправилась за столик, где Лиза тихо разговаривала по мобильному телефону.
Когда я подошла к ней, молодая женщина протянула мне трубку и произнесла:
– Женя, с вами Ярослав хочет поговорить…
Я взяла маленький кнопочный телефон и поднесла его к уху. Голос Демьянова показался мне встревоженным.
Я поздоровалась с ним и спросила:
– Вы что-то хотели мне сказать? Я вас слушаю.
– Женя, что там у вас происходит? – требовательно спросил молодой мужчина. – У вас какие-то проблемы? Почему Лиза хочет уехать? Она мне какую-то чушь сейчас нести стала!
– У нас все в порядке, – спокойно заверила я его. – У Лизы акклиматизация. Она переживает за вас, вот и все.
– Да ну? – не поверил мне Ярослав. – Только что мне звонит жена и едва ли не плачет, умоляя, чтобы я разрешил ей уехать домой! У нее опять, что ли, кошмары? Или что-то серьезное случилось?
Говорить по телефону о галлюцинациях и картах Таро я, естественно, не стала – не ровен час, наш разговор могут услышать посторонние. Поэтому я проговорила:
– Все в порядке. Лиза очень по вам скучает, она беспокоится за вас. У вас все в порядке?
– А что у меня может быть не так? – удивился Ярослав. – У меня работа, филиал. Женя, я вас настоятельно прошу, сделайте так, чтобы Лиза спокойно отдохнула в санатории и перестала нести всякую чушь! У меня сейчас важные переговоры, не до этого!
– Я вас поняла, хорошо, – ответила я. – Да, если у нее не проходят все эти ночные кошмары – в санатории есть психолог. Я уже сказал Лизе, чтобы она сходила на консультацию, проследите, пожалуйста, чтоб она это сделала. Я на вас очень рассчитываю.
Не прощаясь, он повесил трубку.
Я отдала мобильный Лизе и произнесла:
– Лиза, Ярослав настаивает на том, чтобы вы посетили психолога. Он считает, это будет вам на пользу.
– Психолог не объяснит мне, откуда в моей сумке появляются карты Таро с символикой смерти и почему я вижу, как моего мужа убивают, – хмуро заметила Лиза. – Я знаю, он не хочет, чтобы я уезжала домой. Но, в конце концов, почему никто меня не спрашивает, чего хочу я?! Почему мое мнение никого не волнует? Все знают, что будет лучше для меня и моего ребенка, и только обо мне никто почему-то не вспомнил! Как будто я не человек, а неживая кукла!
«Вот это да!» – подумала я про себя.
Похоже, моя клиентка наконец-то перестала играть роль «послушной девочки» и поняла, что у нее есть свои собственные желания.
Честно говоря, несмотря на состояние Лизы, близкое к истерике, я была рада, что ее наконец-то прорвало – быть может, она наберется смелости и сама начнет принимать решения?
Вслух я произнесла:
– Лиза, я вас понимаю. Вы устали от того, что происходит с вами, вам совершенно не хочется делать то, что от вас требуют. Поверьте, я не стану ни на чем настаивать – если вы хотите уехать, то сдадим эти путевки, потому что желание клиента для меня – закон. Но я полагаю, что делать скоропалительные выводы и принимать решение, не обдумав все, пока не стоит. Давайте подождем хотя бы еще один день – завтра, а потом скажете, что считаете нужным сделать. По крайней мере, мы можем с вами сегодня хотя бы по городу погулять, чтоб у вас сложилось о нем хоть какое-то впечатление.
– Но я не хочу здесь гулять! – заявила Лиза. – И вообще, мне не хочется никуда. Ни в санаторий, ни в Тарасов – там еще хуже, я вообще одна дома…
– Тогда куда вы собираетесь ехать, если не в Тарасов? – удивилась я.
Лиза пожала плечами, глаза ее наполнились слезами.
