Стил приподнимает одеяло и натягивает его мне на плечи.
– Ты в порядке?
«Нет» – только это слово приходит мне на ум, но я не уверена, как объяснить свои чувства.
– Мама ушла от него из-за Дакоты и Леннокс, – шепчу я, продолжая рассказ, который он давно перестал из меня вытягивать. – Чтобы забрать нас оттуда, ей потребовалось осознание, что две ее младшие дочери могут оказаться в опасности. Думаю, она мне не верила, хотя я никогда не говорила ей напрямую о том, что происходит. Но что я могла ей сказать? Все признаки были налицо, однако она так и не предприняла ни единого шага против него, даже когда моя жизнь была в опасности.
Старые обиды снова напомнили о себе. Я никогда не винила маму за то, что она рассталась с ним. На самом деле, в тот момент, когда мы убегали, я была ей благодарна и одновременно испытывала страх и облегчение.
Мы жили в дерьмовых номерах мотелей и дешевых квартирах, кишащих крысами, а мама работала на двух работах, чтобы мы могли переехать в более комфортное жилье. Мы старались не думать о том, что за нами гонится монстр.
Стил вдруг наклоняется ко мне и нежно касается своими губами моих – поцелуй, которого я раньше не захотела бы, но сейчас он мне кажется идеальным.
Я поднимаю лицо и обнимаю его за шею, прижимаясь грудью к его торсу. Стил касается языком моих губ, и я невольно приоткрываю их, чтобы он мог попробовать меня на вкус.
Это так приятно и неожиданно! Кажется, будто мы только что пережили сражение и теперь он пытается исцелить меня изнутри. И самое удивительное, что я позволяю ему это делать.
Я рассказала ему о всех тех неприятных событиях, которые произошли в моем детстве. Но, если честно, я храню еще так много тайн, покрытых кровью и пеплом, о которых Стил пока не знает. Однако он уже принимает мои секреты с такой теплотой, словно они представляют для него огромную ценность. Словно они какой-то ценный подарок.
Я тоже видела демонов, живущих у него под кожей. Когда я хочу почувствовать, каково это – гореть, то провоцирую их, и они выходят наружу. Но сейчас его демонов нет рядом. Все, что происходило сегодня, – происходило для меня.
Внезапно я издаю стон, и Стил прижимает меня к себе еще крепче. Он проводит ногой между моими ногами, пока его бедро не касается моей киски. Мы прерываем поцелуй и какое-то время дышим в такт биению наших сердец.
Его взгляд пронзает меня насквозь, и я уже готова сказать что-то еще, возможно, даже «спасибо», но тут раздается пронзительный звон будильника, и слова застревают у меня в горле.
Мои чувства к Аспен изменились. Теперь, когда я ищу ее на территории кампуса, я не думаю о ней как о шпионе, подосланном моим отцом. Все это уже в прошлом.
Мне просто хочется увидеть, как ее темные волосы развеваются за спиной, как покачиваются ее бедра при ходьбе и как ее зеленые глаза находят мои почти так же легко, как мой взгляд находит ее.
Я захожу в столовую, беру еду и направляюсь к нашему столу. Сколько я себя помню, мы всегда занимали центральный столик в дальней части зала. С этой точки обзора нам было удобно наблюдать за людьми, входящими в столовую, и мы не чувствовали себя так, будто находимся в аквариуме. Например, когда я сижу в классе, то ощущаю на себе пристальные взгляды однокурсников. Если бы я знал, что хоккей завоюет такую популярность, то, возможно, не стал бы им заниматься. Я люблю этот вид спорта, но мне не нравится то внимание, которое он привлекает.
Как и во всем, в хоккее есть свои плюсы и минусы. Но плюсы, безусловно, перевешивают минусы, которые появляются из-за славы.
Поскольку мой отец не высказал своего мнения по поводу моей идеи перевести Аспен в хоккейный дом, я не предпринимал никаких действий. Мне хочется, чтобы она была рядом, но я также получаю удовольствие от тайного проникновения в ее квартиру, чем и планирую заняться сегодня вечером.
Она сидит со своей подругой Талией, Майлзом, Финчем и другими девушками из танцевальной команды.
Я точно знаю, что некоторые из них спали с многими хоккеистами, включая меня. Но будем надеяться, что Аспен не узнает об этом, потому что это может быть неловко.
Я ставлю свою тарелку рядом с ее и устраиваюсь поудобнее на стуле, слегка касаясь Аспен бедром. Она бросает на меня взгляд, но затем отворачивается, все еще стесняясь. Когда мы вернулись с выездной игры, она старалась избегать меня. Ей было неловко и стыдно. Но я не могу не думать о той ночи, и мой член мгновенно твердеет при воспоминаниях о ней. И это я еще не учитываю потрясающие признания, которые она мне сделала.
– Привет, милая. – Я касаюсь пальцем лица девушки и целую ее.
Аспен удивленно ахает, словно мы никогда раньше не делали этого, но через секунду наклоняется ко мне. Ее губы такие мягкие и податливые, что я едва сдерживаю стон. Она позволяет моему языку на миг проникнуть в ее рот, но я отстраняюсь и улыбаюсь, видя ее ошеломленный взгляд.
– Не прячься от меня, – приказываю я.
