– В моей памяти все смешалось. Вспышки фотоаппарата и его лицо слились в одно целое. Ребенок не должен знать о таких вещах, а тем более сталкиваться с подобным отношением. А ведь все началось, когда мне было шесть лет, Стил, всего шесть!
По какой-то причине это выводит меня из себя.
Мне кажется, что Стилу безразлично, что мой отец – худший кусок дерьма на планете. Я снова дергаю запястьями, желая, чтобы он оставил меня в покое, а затем начинаю сопротивляться изо всех сил. Моя рука вырывается из его хватки, и, прежде чем я успеваю о чем-то подумать, я бью его по лицу.
Стил рычит и отстраняется. Его член выскальзывает из меня, и эта внезапная потеря вызывает почти болезненные ощущения.
Почему я так растеряна?
Я сползаю с кровати и, спотыкаясь, бреду по полу, застеленному ковровым покрытием. Гостиничный номер кажется мне чужим и темным, и я с трудом в нем ориентируюсь, потому что раньше в этом не было необходимости. Но тут я замечаю открытую дверь в ванную комнату и быстро иду туда.
Я успеваю забежать внутрь, как Стил врезается в меня, и наши тела ударяются о стойку рядом с раковиной. Он толкает меня на столешницу, обхватывая рукой шею, и, когда моя щека касается холодной поверхности, по моему телу пробегают дрожь. Он разводит мои ноги шире и снова входит в меня.
– Еще, – прошу я, упираясь руками в стену.
И он дает мне то, о чем я прошу.
Его пальцы наверняка оставят на моей коже синяки, но я закрываю глаза и получаю удовольствие от того, что он берет от меня все, что пожелает. Но затем Стил стонет, выдыхая мое имя, и замирает во мне. Он достигает пика наслаждения, крепко прижимая мои бедра к стойке, и я отвечаю ему стоном на его стон. То, как он наполняет меня, вызывает одновременно и страсть и боль, которые, кажется, отражаются в наших телах и подталкивают меня к моему собственному пределу. На мгновение мы остаемся соединены, мое сердце часто бьется, а лоно пульсирует. Я тоже хочу кончить, но он не прикасается к моему клитору и не делает ничего, что могло бы усилить мое удовольствие. И, черт возьми, от этого я становлюсь еще более влажной.
Он вынимает из меня член и убирает руку с моей шеи, но давление на спину не прекращается. Стил продолжает удерживать вторую ладонь на моей спине, медленно проводя ею вдоль позвоночника и останавливаясь в области крестца. Мое дыхание сбивается, когда прохладный воздух касается моей кожи. Я чувствую прикосновение его губ на ягодице, за которыми следуют его зубы. Я пытаюсь отстраниться, но он лишь усмехается и снова нежно покусывает мою чувствительную кожу, а затем облизывает ее.
Его свободная рука сжимает одну из моих ягодиц, а затем он раздвигает мои бедра, и меня охватывает жар.
– Стил…
– Тише, Аспен. – Его тон предупреждает о том, что с ним не стоит спорить.
Я вздрагиваю, когда он проводит пальцем по моему анусу, а затем раздается слишком знакомый звук. Он сплевывает и, используя слюну как смазку, размазывает ее по слишком нежной коже. Стил медленно вводит в меня палец, и от этого острого незнакомого ощущения я стону.
– Я бы хотел, чтобы сейчас ты увидела, как из тебя вытекает моя сперма, – говорит он. – Ты чувствуешь ее на своих бедрах, маленькая гадюка?
Я закрываю глаза.
Он целует и покусывает меня, одновременно наклоняя ниже, чтобы получить лучший доступ, а затем опускается на колени, и его язык скользит по моему клитору.
Я не могу сдержать стон. Каждый миллиметр моего тела сосредоточен на его прикосновениях. Его рука неподвижна на моей спине, а пальцы другой руки медленно проникают все глубже в мою попку. Теперь их уже два. Ощущая, насколько тугая сзади, я выгибаю спину и прижимаюсь грудью к стойке. Стил внезапно убирает руку с моей поясницы и вводит пальцы уже в мою киску, будто желая вернуть свою сперму обратно. Я дрожу от желания кончить, ведь эти ощущения слишком сильны.
Боль приковывает мое внимание, словно меня насквозь пронзает острие копья.
– Кончи для меня, – приказывает он, доводя меня до предела.
Когда моя дрожь утихает, Стил отходит от меня. Он поднимается на ноги, подходит к раковине и моет руки, при этом не сводя с меня пристального взгляда. Я словно застыла в одном положении, не в силах выпрямиться до тех пор, пока он не отдаст приказ. В этот момент я чувствую себя так, будто застряла в каком-то уголке своего сознания, где не могу контролировать свои действия.
Он проводит пальцами по моей спине, от плеча до запястий, а затем нежно гладит мои ладони, которые все еще прижаты к стене, и костяшки пальцев. Когда он отстраняет мои руки от стены, я с облегчением выдыхаю. Стил помогает мне встать, а затем наклоняется и обнимает меня. Я прижимаюсь щекой к его плечу, и он несет меня обратно в постель. На тумбочке стоит будильник, который показывает чуть больше семи часов утра, хотя плотные шторы скрывают нас от солнечных лучей.
– Отдыхай, – говорит он, ложась на кровать, но не отпуская меня.
Я сглатываю.
Он проводит рукой вверх и вниз по моей руке, а затем переворачивает меня на бок. Мои ноги продолжают обвивать его тело, даже когда он поворачивается ко мне лицом.
