Коварство и любовь полностью

Миледи! Вам невыгодно оно.

Мария

Да, я – слаба, она – всевластна, сэр!

Пусть применяет силу, пусть меня

Погубит в упрочение престола,

Но пусть тогда и скажет, не стыдясь,

Что применила силу, а не право,

Что не Фемида ей вручила меч

Расправиться со мною, ненавистной!

Пусть не хоронит под плащом священным

Насилия отточенный кинжал!

Мир не потерпит шутовства такого!

Пусть шлет убийцу, но меня не судит!

Преступное деянье да не будет

За подвиг выдавать людская лесть!

Пусть кажется такой, какая есть!

(Уходит.)

Берли. Полет.

Берли

Упорствует и будет, рыцарь Полет,

Упорствовать она до самой плахи.

Гордыни сердца этого не сломишь!

Сразила ль весть ее? В ее глазах

Блеснула ли слеза, мелькнул ли ужас?

Не к жалости она взывает нашей!

Ей ведомы сомненья королевы,

Отвагу в ней родит наш тайный страх.

Полет

Упорство это, лорд-казнохранитель,

Исчезнет вместе с поводом к нему.

Не с полною, осмелюсь вам сказать,

Пристойностью велось дознанье это.

Да, Беббингтона с Тичберном напрасно

Не допросили с ней лицом к лицу,

Как и писцов ее обоих.

Берли

Нет!

Нет, рыцарь Полет! Слишком нам знакомы

Ее уменье управлять сердцами

И женских слез прельстительная власть.

Как только Кэрл, поставлен перед нею,

Подумает сказать такое слово,

Которое судьбу ее решит,

Он струсит, отречется от всего.

Полет

А так враги Британии весь мир

Наполнят непотребною молвою

И торжество благого правосудья

В предерзкое кощунство обратят.

Берли

Вот это и печалит королеву.

Ах, если бы злодейка бренный мир

Покинула, не преступив границы

Британии!

Полет

На то скажу: аминь!

Берли

Иль здесь, в тюрьме, скончалась от болезни!

Полет

От многих зол господь бы нас упас.

Берли

А впрочем, если случай и поможет,

Убийцами нас все же заклеймят.

Полет

Возможно, сэр. Кто людям запретит

Иметь свое сужденье?

Берли

И, однако,

Где нет улик, там шуму будет меньше.

Полет

А пусть себе шумят! Не многошумной

Хулы страшись, а той, что справедлива.

Берли

Ах, и святая справедливость, сэр,

Хулы не избегает. Глас народа

Всегда за пострадавшего; завистник

Чернит того, кто победил в борьбе.

Меч судии – под стать мужской деснице,

А в женской ненавистен. Род людской —

Увы! – не верит в женское бесстрастье,

Сопернице несущее беду.

Напрасно мы вершили правый суд!

Помилованье – право королевы.

Она к нему прибегнет; мир осудит

Монархиню за смертный приговор.

Полет

А это значит…

Берли

(поспешно прерывая его)

Жить ей? Никогда!

Ей жить нельзя, никак нельзя! Лишь это

И мучит, и тревожит королеву,

И сна ее лишает. Я читаю

В ее глазах душевную борьбу.

Уста ее немотствуют, но взгляд

Настойчиво и внятно вопрошает:

«Средь слуг моих ужели не найдется

Ни одного, который бы избавил

От тягостного выбора меня:

Дрожать на троне в непрерывном страхе

Иль под топор подставить королеву,

Сестру мою?»

Полет

Иначе быть не может.

Берли

Нет, может! Полагает королева,

Лишь были б повнимательнее слуги…

Полет

Как? Повнимательней?

Берли

Умей они

Понять немой приказ…

Полет

Немой приказ?

Берли

Ужели ж надо, получив змею,

Заклятого врага на попеченье,

Его хранить, как дорогой алмаз?

Полет

(многозначительно)

Бесценней всех алмазов мира – имя

И праведная слава королевы.

Их сохранить всего дороже, сэр!

Берли

Когда, от графа Шрусбери отняв,

Вам, рыцарь Полет, поручили леди,

Все думали…

Полет

Надеюсь твердо, сэр:

Все думали, что для тягчайшей службы

Чистейшие потребовались руки.

Клянусь всевышним богом! Ни за что

Я званья бы тюремщика не принял,

Не думай я: здесь нужен честный муж.

Хотел бы верить, что лишь доброй славе

Обязан я избранием своим.

Берли

Распустим слух, что чахнет леди Стюарт,

Что хуже ей, что смерть за ней пришла, —

И в памяти людской она угаснет,

А ваше имя чисто…

Полет

Но не совесть.

Берли

Своей руки не предоставив нам,

Не возбраняйте действовать другому…

Полет

(перебивая его)

Убийцу не пущу я на порог,

Пока ее хранят мои пенаты!

Мне жизнь ее не менее священна,

Чем сан и честь монархини моей.

Вы – судьи! Так вершите правый суд!

А час пробьет, пусть плотники приходят

С пилой и топорами, пусть помост

Воздвигнут здесь. Шерифу с палачами

Открыты двери замка моего.

Но от убийц ее я охраняю

И, верьте, охраню. Я зла не дам

Здесь совершить ни узнице, ни вам!

Занавес

Вестминстерский дворец.

Граф Кент и сэр Вильям Дэвисон встречаются.

Дэвисон

А, это вы, граф Кент? С турнира, верно?

Так празднество закончилось уже?

Кент

Как? Разве вы там не были, сэр Вильям?

Дэвисон

Все недосуг!

Кент

Тогда вы пропустили

Прелестнейшее зрелище – и вкуса,

И рыцарской отваги образец.

Собранью показали, как твердыню

Безгрешной Красоты хотело штурмом

Желанье взять. Лорд-маршал, сенешаль

И с ними десять рыцарей английских

Твердыню эту храбро защищали;

На приступ шел французской знати цвет.

Сначала вышел вестник, предложивший —

В изящном мадригале – замку сдаться;

Ответил с вала лорд-казнохранитель.

Тут грянул залп, и тысячи букетов,

Округу напоив благоуханьем,

Посыпались из крохотных мортир.

Но тщетно! Дерзкий приступ был отбит,

И со стыдом Желанье отступило.

Дэвисон

Пугающее знаменье, милорд,

Для сватовства французского!

Кент

И, полно!

Все это шутки! А дойдет до дела,