Немного погодя, оставив в том секторе достаточно большое количество наноботов, которым предстоял просто огромный объём работы, Серг спустился ещё на один ярус. Здесь воздух был не просто сухим, казалось, что он даже гудел. Тонко, на пределе слышимости. Электромагнитный гул, еле уловимый, но отчётливо неестественный. Пространство перед ним открывалось на огромные ангары, растянувшиеся по дуге. Металлические своды, высотой, превосходящей даже те высоты потолков в секторах, где располагались города, с многоэтажными зданиями, уходили в глубину почти до с этой позиции горизонта. Свет здесь был ровный, неяркий — мягкие полосы холодного белого сияния по потолкам и полу, едва мерцающие, словно поддерживаемые автономными источниками. И в этом затерянном под слоями Зелёной бездны сумраке Серг увидел… Странные объекты, которые сначала даже не смог классифицировать. Но его нейросеть успокоила своего носителя, пояснив ему тот факт, что это… Корабли… Сотни… Разных форм… Размеров… Предназначения… Некоторые были весьма массивны, с толстым защитным панцирем, как штурмовые транспортники… Другие — обтекаемы, почти биоморфны, с изгибами и структурой, напоминающей органическую материю, совмещённую с керамикой… Некоторые — прямо инопланетны, состоящие из неправильных углов, сфер, сегментов, лишённых узнаваемой симметрии. И почти все эти объекты были… Повреждены. Серг видел разорванные обшивки. Следы от плазменных сечений, микрометеоритных пробоин, ожогов, вмятин, и — в ряде случаев — взломанных шлюзов, грубо вскрытых снаружи. Некоторые корпуса были даже разорваны в местах стыков, как будто их втаскивали сюда силой, не смотря на всё сопротивление…
На полу виднелись замершие эвакуационные кабины, а возле одной из них лежало что-то очень похожее на останки биологических тел, застывшие в неестественных позах, словно они умерли прямо во время схватки. Нейросеть Серга сработала мгновенно. Он активировал систему глубокого анализа, но данных было недостаточно. Так как большинство кораблей не имели стандартной маркировки, и ни один протокол Ковчега не был активен. Так что парень быстро понял, что тут ему придётся действовать иначе. Поэтому Серг быстро нащупал ближайший пульт связи с местным ретранслятором, это была массивная капсула в стене, покрытая толстым слоем пыли. Он поднял руку, и его наруч ожил, выпуская тот самый шип с роем наноботов. Те стекались в интерфейс-узел, проникая в щели, активируя протоколы проникновения, перехватывая контроль над внутренними подсетями. Сопротивление было почти нулевым. Ретранслятор работал — но на базовом, автономном уровне. Как будто с момента активации его просто оставили в режиме ожидания. Именно поэтому, всего лишь через несколько секунд, на нейросеть молодого охотника потекли данные. Ретранслятор открыл доступ к глубинным архивам яруса. И нейросеть Серга мгновенно начала сверку и идентификацию.
“
Нейросеть Серга отследила протоколы аварийного захвата, активированные искусственным интеллектом — и в каждой схеме участвовал один и тот же идентификатор:
Он застыл. Значит, Прометей не только впускал тех, кто спасался. Он вытаскивал корабли с живыми существами силой, забирая их с разных концов Галактики. Ковчег не был убежищем. Он был ловушкой. Серг медленно подошёл к одному из кораблей — массивному, с полупрозрачным куполом. Через иллюминаторы всё ещё были видны засохшие трупы членов экипажа, что видимо погибли прямо во время захвата. Внутри царила тишина, капсулы замерли в последнем цикле перезагрузки, никогда не завершённой. На борту светились слова на неизвестном языке — и только подсистема нейросети медленно интерпретировала фразы как:
“
