Тогда уши Элы вспыхнули с удвоенной силой, и ей пришлось хорошенько задуматься о том, как быть дальше. Она даже не стала обдумывать слова о повышенном восприятии и что это может быть. Думала-думала, и через некоторое время выход придумался почти сам собой. И вот, стоит она теперь недалеко от края, и рассуждает про себя: а может, нужно было промолчать и тихо краснеть дальше? А так, двадцать метров до воды, и ещё пятьдесят до дна...
- Парашютный спорт на Рьяле давно загнулся, - Тихий голос, от которого иллюзия спокойствия слетает, как паутина на ветру, раздался буквально у неё над левым ухом. - Да и у нас теперь недолго продержится. Движители, компенсаторы... С ними не так интересно прыгать с неба. А представь, что у тебя за плечами плотно уложенная ткань, и ничего больше. Ошибаться нельзя, паниковать нельзя, все страхи долой. На первый раз почти невозможно...
Лязгнули непонятно откуда взявшиеся карабины сложной привязной системы, и Эла почувствовала, что оказалась буквально пристёгнута спиной к горячему и упругому рельефу, надёжному и устойчивому, как скала.
- Один инженер, с которым ты здесь недавно познакомилась, - доверительно шепнула ей на ушко Аль-Бина. - Вот так же «вывозил» меня в первый прыжок. Я была для него довольно высоким начальством, к тому же, вдвое старше, за сто с лишним лет где только не была, чего только не видела... но не прыгала ни разу! А у него на тот момент уже больше полусотни прыжков! Так мы и полетели вниз с трёх километров, а купол раскрыли метров за шестьсот до земли... Я много лет не ощущала себя такой живой и настоящей, как в тот день... и ночь тоже!
Эла попыталась вообразить то, что услышала, но не смогла представить Аль-Бину испуганной или даже взволнованной, но это лишь потому, что плохо её знает. Ведь эта сумасшедшая темноглазка только что поделилась с ней частью своей жизни, и очень важной частью! Вот как сероглазый Айван сумел заполучить то, что для других теперь недоступно...
- Ладно, полетели! - уже менее мечтательным тоном скомандовала Аль-Бина. - Будь умницей, ничего не бойся, и дыши, как обычно. Думай не об опасности, её рядом со мной не существует, думай о своей цели. Ты хотела посмотреть на корабль — вот и смотри!
Это она уже слышала, но понять не смогла, и сейчас эта мысль снова забилась в голове, гоня волну почти на грани паники. Что значит «дыши как обычно»? Учёная госпожа, как-никак, знает о сложностях подводного плавания, пусть не благодаря университетской программе, а из общения с подружкой-спортсменкой, как раз из этих мест. Мико, дорогая, где же ты сейчас, когда твою городскую «неваляшку» собираются топить в море? Пятьдесят метров! А как же давление? А азот, после такой глубины? Это же...
- Не нужно так шумно дрожать, - Темноглазка крепко обхватила её за плечи, придавая их связке дополнительную жёсткость и отрезая все пути к отступлению. - Я не собираюсь тебя топить, настройся уже.
И не дала ей больше ни секунды ни на какую настройку! Не прыжок, а короткий полёт, с безупречно ровным входом в воду. Эла поняла, что при ударе об воду в такой связке и шею свернуть можно, но никакого удара не случилось, словно вокруг ныряльщиц поставлена обтекаемая кинетическая завеса. Да, скорее всего, так и есть, иначе чем ещё объяснить столь стремительное погружение? И такую же стремительную остановку...
Руки, держащие её за плечи, исчезли, ремни тоже, и Эла осталась одна посреди огромной зеленоватой толщи воды. Давление сжало её со всех сторон, а воздуха в лёгких почти нет... Паника, едва высунувшись из своего укрытия, оказалась с позором изгнана смачным шлепком по многострадальному заду.
«Дыши, глупая!» - раздался строгий голос прямо в её голове, и Эла, сделав немалое усилие, втянула в себя... воздух? Ну конечно, воздух! Откуда он берётся, уже неважно, сейчас неважно. Зато дыхание быстро выровнялось и зрение сразу прояснилось!
Тут-то она и поняла, что висит в толще воды, как положено, ногами вниз. Вот поросшее морской травой и ракушками скальное основание островка, стеной уходящее вверх, к бликующей переливами отражений поверхности. Вот светлое и почти ровное песчаное дно с редкими камушками, и прямо на нём — корабль, словно спина огромного кита! Его ни с чем не спутаешь, слишком хорошо сохранился его тёмный, величественный остов, наполовину занесённый песком. Гидрологи говорят, что в этом районе какой-то особый состав придонной воды, сохраняющий органику, но ведь столько столетий прошло! Ещё немного, и находить было бы нечего...
Чуть выше мелькнула тень, и Эла увидела Аль-Бину, без малейших усилий парящую в воде чуть выше неё. Ни одного воздушного пузырька не вырывается из её рта, а густые волосы разметались вокруг головы чёрными мазками. Заметив взгляд подопечной, она резким жестом указала вниз, на корабль. Мол, смотри, время уходит! И Эла стала смотреть...
