Сосуд, посланный Грэем за Сюзанной, вбежал в комнату, волоча за собой хрупкие, сломанные кости второй половины Ковенанта. Она стонала и хныкала, ее скелетная форма медленно восстанавливалась.
У меня возникло ощущение, что ее лучше было бы похоронить заживо.
Я сглотнула и шагнула к ней. Рука Грэя схватила меня за запястье, и он плавно поднялся, удерживая мой взгляд. Краем глаза я наблюдала, как он использует тьму, скручивает ее в массу узлов и с их помощью связывает кости Сюзанны обратно. Он бросил ее к стене рядом с Джорджем и подвесил к потолку, в то время как Сосуд, принесший ее, уронил на пол рядом с зеркалом два предмета.
Я уставилась на них, сердце бешено колотилось, пока я пыталась определить, что это такое. Я пыталась понять смысл увиденного.
Глубокая синевато-фиолетовая плоть должна была уже сгнить, если это было то, что я предполагала. Я поперхнулась, ужас охватил меня вместе с осознанием происходящего. Кусок плоти рядом с ним был менее опознаваем, но я не могла остановить дрожь своих рук, когда Грэй держал меня.
— Это печень, — сказал он, отвечая на мой немой вопрос.
Сердце и печень.
Я сглотнула желчь, кровь зашумела в ушах.
— Что ты натворил?
УИЛЛОУ
Мне не пришло в голову спросить, было ли что-то взято у второй жертвы. Это не имело значения, когда он лежал там мертвый и…
Черт.
Я оторвала взгляд от валявшихся на полу органов и вздрогнула, когда Грэй поддел пальцами мой подбородок и перевел взгляд на меня.
— Почему? — спросила я, ища в его взгляде хоть какие-то признаки раскаяния. — Ты… той ночью, когда ты пришел ко мне в ванную. Ты, казалось, беспокоился за меня.
— У меня многовековая практика лжи наивным девочкам вроде тебя, — пробормотал он, и эти слова ударили меня в грудь и заставили расцвести еще более глубокую боль.
В комнату вошла Джульетта, рядом с ней еще один Сосуд, который расставлял по местам десять оставшихся новых студенток. Грэй быстро нагнулся, взял в руки отброшенные органы и положил их на зеркало на полу. Женщина-Сосуд заставила новых студентов встать в круг вокруг нас, отчего по всей моей плоти побежали мурашки.
— Что ты делаешь? — спросила я, удерживая ее взгляд.
Той шутливой женщины, которую я встретила в машине по дороге от матери, уже не было, ее рот превратился в строгую линию, когда она занималась своими делами и поддерживала свое внушение.
Грэй отошел от меня и подошел к первой из ведьм. Девушка вздрогнула, отшатнувшись назад, хотя ноги не позволяли ей двигаться, когда Грэй протянул руку. Джульетта с радостью сунула ему в руку нож, и он, повернувшись, проводил им по горлу юной ведьмы, не сводя с меня взгляда.
— Нет! — закричала я, бросившись вперед.
Грэй поднял руку, поймал меня за горло и прижал к себе, хотя я изо всех сил сопротивлялась его хватке. Сила, которой он обладал, огромная мощь этого захвата… Он позволил мне думать, что у меня есть шанс.
Мои ноги оторвались от земли, когда он поднял меня, и я отступила в сторону, когда ведьма с грохотом упала на пол.
— Мозг, — бездушно сказал он, и, к моему ужасу, Джульетта кивнула, наклоняясь рядом с упавшей ведьмой, чтобы собрать часть тела.
— Зачем? — прохрипела я, вцепившись когтями в руку Грэя, которой он удерживал меня. Я с ужасом смотрела, как он проводит лезвием по горлу другого человека, не заботясь о том, что он загубил жизнь. Я
Мои пальцы покалывало, в них текла магия, которую я еще не умела использовать. Грэй почувствовал, как она заискрилась на его коже, ухмыльнулся, отходя в сторону и переходя к следующей ведьме.
— Ты собираешься поиграть со мной, Маленький Некромант? — пробормотал он, жестоко улыбаясь.
Его искусные порезы на горле перестали иметь значение. Они перестали существовать, когда я сосредоточилась на его пылающем взгляде и почувствовала лишь ненависть к мужчине, который обманул меня. К убийце, который убивал моих сородичей.
— Твоя тетя была одной из немногих, кого нельзя было принудить, не с этими костями, прикрепленными к ее бедру. То, как она кричала, продолжает существовать в моих снах.
Тишина воцарилась в моей голове, оглушая и заглушая тонкие хныканья тех немногих ведьм, которых он не убил. Еще одно горло, еще один разрез.
— Что ты только что сказал? — спросила я, чувствуя, как пустота в груди становится все шире.
— Твоя тетя кричала, когда я перерезал ей горло, прежде чем она успела приложить ко мне руку, чтобы отменить мое убийство, — повторил он. Он смотрел, как его нож перерезает горло следующему, позволяя ему двигаться гораздо медленнее. Давая ведьмаку почувствовать каждый кусочек кожи, прежде чем смерть окончательно заберет его.
Я узнала в нем одного из тех, кто напал на меня той ночью, и то, что он, похоже, привлек к себе повышенное внимание Грэй, не должно было меня шокировать.
— Почему? Она была ведьмой Гекатой. Зачем тебе убивать ее? — спросила я, задыхаясь. Все это не имело никакого смысла. Ничего не сходилось.
