Коул глянул на циферблат и, чмокнув меня в кончик носа, подошел к дивану, чтобы заодно чмокнуть между ушек и спящего Штруделя. Коул так соскучился по нему, что насильно держал его под боком всю ночь. Что, конечно, не встретило взаимности, ведь у Штруделя, как у любого кота, не было сердца. Зато был милый мурчащий моторчик, за который ему можно простить все на свете.
– Буду поздно, – бросил Коул, зашнуровывая ботинки. – Вечером у меня тренировка.
– Тренировка? – переспросила я. – С кем?
– Нашел одного парня, практикующего разные единоборства. Не охотник или атташе, конечно, но… Теперь я должен оправдывать свой статус, – ответил Коул, гладя пальцами черную метку на своем запястье так, будто проверял, не сотрется ли она. – Рэйчел наверняка была очень крута. Как думаешь, она одобрила бы мою кандидатуру? – По тому, как я замялась, пытаясь уклониться от ответа, Коул все понял и тяжко вздохнул. – Вот именно поэтому я и записался на тренировки. А во сколько ты встречаешься с Зои?
Тоже взглянув на время, где стрелка стояла ровно на девяти, я задумчиво промычала:
– Хм, я уже должна сидеть рядом с ней.
– Молодец, – усмехнулся Коул, продевая руки через наплечную кобуру, на которую сменил свою старую, пережеванную Штруделем в порыве тоски. – Будь осторожна. И, кстати, чуть не забыл. – Он заскочил в спальню, а спустя секунду вынесся оттуда с толстой замшевой тетрадью, перевязанной шнурком, и всучил ее мне. – Это тоже Гидеон дал. Отцовский дневник. Он начал вести его еще в Ордене охотников… Не уверен, что готов читать это, поэтому пускай он пока побудет у тебя, ладно?
Коул набросил пальто и урвал напоследок еще один поцелуй. Пока я, растерянная, крутила в руках толстую тетрадь, он уже выскочил из дома.
– Дэниэл Гастингс, – прочитала я на внутренней стороне обложки. Соблазн был силен, но, решив, что «побыть у меня» вовсе не означает, что я имею право это читать, я спрятала тетрадь в рюкзак.
Зои действительно ждала меня у красной «Камаро», припаркованной неподалеку от часовой башни, где раскинулся рынок. Сложив руки на груди, она прислонялась к сверкающему капоту, одетая в желтое вязаное платье. На ее глаза был нахлобучен не менее яркий берет, а стройные ноги обтянули черные колготки со вшитыми гольфами. Янтарно-малахитовые глаза буравили мой силуэт, показавшийся вдали. Я тут же ускорила шаг, мысленно подсчитывая, на сколько именно опоздала.
– Ого! У кого ты ее угнала? – присвистнула я, обойдя машину по кругу, чтобы разглядеть ее со всех сторон.
Зои ухмыльнулась и отряхнула нос, слегка припудренный белым порошком, от которого ее глаза и горели столь ярко.
– У какого-то богатенького кретина, который додумался нагрубить мне в кафе. Даже не знаю, кого ненавижу больше – сексистов или расистов. Теперь он еще долго будет немым.
– Значит, готова ехать?
– Готова, – серьезно кивнула Зои, но вместо того, чтобы подпустить меня к дверце пассажирского сиденья, понуро опустила руку с ключами. – Только некуда.
– В каком смысле?
– Твой отец давно не работает в университете Нью-Гэмпшира.
– О чем ты? – Я тут же полезла за сотовым, чтобы показать Зои фотографию, на которой стоял водяной знак университета. – Я заходила на их сайт буквально позавчера. В разделе преподавателей числится его фамилия и даже научные труды…
– Сайт давно не обновляли, видимо, – спокойно парировала Зои и пояснила: – Утром у меня было новое видение. Я отчетливо видела, как мы приезжаем в этот университет и уходим оттуда ни с чем. Профессор Грейс уволился полгода назад и переехал. – Я открыла рот, не веря в услышанное. – Радуйся, что мы узнали об этом сейчас. Было бы куда обиднее, проделай мы такой путь зря.
– И где же нам тогда его искать? – забормотала я, осев на бордюр тротуара. Голова вмиг затрещала и закружилась, как флюгер. – Черт… Как думаешь, заклятие поиска сработает?
– Я пробовала, – сказала Зои, и я поразилась ей уже во второй раз. – Ты в курсе, что опоздала на целый час, да? Так вот, в отличие от тебя, я умею не терять время зря. Маятник не двигается. Совсем. Даже за пределы карты Америки. Либо твой отец сокрыт чарами, – Зои сделала паузу, чтобы подготовить к тому, что я должна была услышать дальше, – либо он мертв, Одри.
Я лихорадочно затрясла головой, даже отказываясь рассматривать такую возможность. Поднявшись с бордюра и отряхнув джинсы, я расстегнула рюкзак.
– Марта рисовала меня рядом с отцом. Значит, мы его найдем, – пробормотала я, раскладывая на капоте машины свои вещи, чтобы найти в их залежах мешочек с костяными рунами.
Из гримуара выпал золотой браслет, подаренный Коулом. Теперь он служил мне закладкой, а не украшением. Бросив на него все еще свирепый взгляд, я сунула браслет обратно меж страниц.
– Почему ты сняла его? – все же полюбопытствовала Зои и скривилась. – Разве там не живут эти твои… гримы?
