Ковен сломленных полностью

– Что-то, что нам не нравится? Они подстроили так, что наших родителей схватили, а потом отказались их разыскивать как следует, – возражает Вален. Он убирает с лица выбившиеся пряди темно-каштановых волос и сердито шагает к Эноху.

– Опять же, это не наша вина, и еще раз повторяю, никто из нас не знал о планах старейшины Альбрехта! – вступает Каллан, по его голосу слышно, насколько он устал от этих разговоров.

– Бросьте. Очевидно же, что яблоко недалеко падает от гребаной яблони, Клири. Ты забрал Винну из-под нашей защиты, и в итоге на нее напали. Ты шпионил за ней, как за гребаной преступницей, и твой говнюк-папаша угрожал, что разоблачит ее, если она не предпочтет твой ковен нашему. Ты все это время знал, кем она была, и лгал ей об этом. А потом, когда она не дала тебе того, что ты хотел, то взял это без ее разрешения, – ядовито выплевывает Бастьен, и обе стороны опасно приближаются друг к другу.

Вскакиваю со своего места и с помощью магии встаю между ними, прежде чем кулаки, сжатые в гневе, начнут разлетаться в стороны. Появляюсь перед Бастьеном из ниоткуда, что, возможно, было не самым умным шагом с моей стороны, потому что он врезается в меня сзади, пытаясь добраться до Эноха. По инерции я отлетаю вперед и с силой врезаюсь в Нэша. Боль пронзает мой живот, и я хватаюсь за плечи парня, чтобы не упасть. Темно-синие глаза Нэша расширяются от шока, на лице отражается страх. Хватаю ртом воздух от удивления и боли, мы оба одновременно опускаем глаза и видим рукоятку синеватого лезвия в его руке. Лезвия, которого, клянусь, до этого не было в руках Нэша и которое только что вонзилось мой в живот.

– О черт! – в панике вскрикивает он.

Я наклоняюсь и обхватываю его руку, сжимающую рукоять, своей. У меня вырывается стон, и в самолете на мгновение становится тихо.

– Какого хрена ты сделал? – раздается рев, и я представляю, как выглядит искаженное болью и яростью лицо Нокса.

– Не прикасайтесь к ней, – отрывисто говорит Райкер, и я чувствую, как его приказ обрушивается на всех, заставляя замереть.

– Прости, – сокрушается Нэш. – Я не знаю, как это произошло. Бастьен полетел на нас, и следующее, что я помню, я держу в руках это, а ты падаешь на меня.

– Все нормально, – говорю я Нэшу с болезненным хрипом. – Моя магия всегда вытворяет что-то странное, когда мне угрожают, – пытаюсь объяснить я, но мне трудно набрать в легкие воздуха, чтобы говорить. Если бы не было так чертовски больно, я бы, наверное, сочла это забавным. Я пыталась уговорить парней драться со мной и наносить такие вот удары, с тех пор как они получили свои руны, но они отказывались. По крайней мере, Нэш будет лучше подготовлен к тому, чтобы в следующий раз намеренно ударить кого-нибудь клинком. Он будет знать, каково это, и благодаря этому знанию лучше проявит себя в бою.

Перевожу взгляд с испуганных глаз Нэша на Райкера, когда он подходит к нам. Его рука прижимается к тому месту, где из моей спины торчит лезвие, и чувствую, как сквозь меня проходит Целительная магия.

– Не отпускай магию и клинок, – инструктирует Райкер Нэша. – Сначала мне нужно разобраться с внутренними повреждениями.

Нэш кивает, и я чувствую, как он крепче сжимает рукоятку.

– Мне так жаль, Винна. Клянусь богами, я не хотел тебя ранить, – повторяет Нэш снова и снова, пока Райкер продолжает с помощью магии собирать меня воедино. Мне тяжело говорить, поэтому я успокаивающе похлопываю Нэша по плечу и надеюсь, что он понимает, что я не сержусь.

– Так, хорошо, теперь главное – остановить кровотечение, которое усилится, когда ты вытащишь лезвие. Когда будешь готов, Нэш, отпускай рукоятку, и клинок исчезнет. Потом мне нужно, чтобы ты залечил все, что сможешь, спереди, пока я буду работать со спиной.

Нэш, кажется, немного успокоился после инструкций Райкера; он секунду смотрит на меня, а затем снова на Райкера. Кивает ему, отпускает рукоять и сразу же прижимает ладони к моему животу.

Твою мать! – мысленно кричу я, потому что в действительности из меня вырываются лишь хрипы.

– Дерьмо, клинок все еще в ней! – объявляет Нэш и сильнее давит на рану у меня на животе.

– Тебе нужно отпустить магию, – спокойно объясняет Вален, его интонации терпеливы, а тон ободряющий. Он подходит к нам и кладет руку Нэшу на плечо. – Сделай глубокий вдох и почувствуй, как в твоей груди зарождается новая магия. Это будет знакомое ощущение, но все же отличающееся от Целительной магии, которая у тебя всегда была.

Нэш точно следует гипнотическому голосу Валена, и через секунду лезвие исчезает из моего живота. На меня обрушивается Целительная магия, а Райкер и Нэш зажимают меня между собой, пытаясь залечить огромную колотую рану. Я чувствую едва уловимые различия в их магии, когда она проникает сквозь меня, связывая органы, мышцы и ткани воедино. Боль отступает, и я делаю глубокий благодарный вдох. Ободряюще улыбаюсь Валену, и, как только я это делаю, он оттаскивает Нэша от меня.

– Твою мать, Фьерро, я не закончил, – возражает Нэш, но остальные мои Избранные встают в ряд и отодвигают Нэша, Эноха и Каллана подальше от меня.