И вновь повернулся к своему приятелю.
— Да не дрейфь ты. Заговорит твой молчун. Еще так заговорит, что не уймешь...
— Ничего не выйдет! — сказал Папа. — Он отказался от встречи с тобой. Он сказал, что не видит в ней смысла.
— Но ты обещал!
— Я — обещал. А он — нет! Я свое обещание сдержал. Передал ему то, о чем ты меня просил. Я сказал, он послушал. А за то, что ты ему неинтересен, я не отвечаю. Так что давай считать, что мы квиты...
Майор Проскурин досадливо, но совершенно бесшумно хлопнул кулаком по столу и, бесшумно шевеля губами, выругался матом.
Генерал Трофимов, прослушивающий телефонный разговор в соседней комнате, тоже ударил по столу и тоже высказался, но вслух.
— ...его раздери!
Второй помощник атташе по культуре посольства США Джон Пиркс отказался от предложенного ему контакта. Поставив под угрозу всю разработанную и проводимую генералом в жизнь многоходовую комбинацию. Видно, Джон Пиркс, проходящий по документам, как Дядя Сэм, что-то заподозрил. Или проявил чрезмерную осторожность. Или...
Или плохо сыграл отведенную ему роль Корольков. Вполне может быть, что Корольков! Он в этой связке самое слабое звено. Его ни проинструктировать, ни проконтролировать, ни наказать нельзя. Он сам по себе. И преследует собственные цели. Поди решил приберечь полезные связи для себя. Тем более что его услуги уже оплачены. Смертью Туза.
Отсюда нельзя исключить, что при передаче информации он что-нибудь упустил. Или исказил. Или вообще ничего не сказал, когда встречался с Пирксом. Потому что встречался — точно...
Генералы и майоры расстраивались, матерились и портили кулаками казенную мебель. Иван Иванович был спокоен. Он с отсутствующим видом держал возле уха гудящую длинными гудками трубку и ждал. Его эти игры волновали мало. Ему что велели, то он и говорил. Если не велели — ничего не говорил. Сейчас ничего не велели.
— Жди здесь! — крикнул майор и как ошпаренный выскочил из комнаты. В соседнюю комнату. — Он отказался!
— Слышал.
— Почему? Ведь должен был. По всем статьям должен!
— Это по-нашему — должен. А по его, выходит, нет!
— И что теперь будем делать?
Делать было нечего. Агент внешней разведки чужого государства — не девушка, отказавшая кавалеру в свидании. К ней второй раз не придешь и не извинишься за то, что не понравился в первый.
— Если это Корольков, то можно попробовать надавить.
— А если не Корольков?
— Тогда Пиркс обрубит хвосты.
— Может, с другой стороны зайти?
— С какой?
— Например, со стороны швейцарского консульства.
— Это надо всю игру переиначивать... И зачем тогда, спрашивается, Королькову с Тузом помогли?
— В виде шефской помощи над криминальными структурами!
— Да-а, наделали делов. Вместо дела...
— Так, давай сначала. Нам нужен Пиркс. Подвести к нему Иванова может только Корольков. Иванов силовыми методами вынудил Королькова довести до сведения Пиркса его просьбу о визе и его готовность оплатить визу услугами. На нашу приманку в форме Иванова Пиркс не клюнул. И встретиться с ним отказался. Почему — мы не знаем. Корольков, являющийся связным между ним и нами звеном, нам неподконтролен. Что он говорил и чего не говорил, мы не знаем. Отсюда вопрос, кто фактически отказал Иванову во встрече — Пиркс или Корольков? Как это можно проверить?
— Продублировать информацию.
— С тем же результатом?
— Продублировать на новом качественном уровне. Так, чтобы быть уверенным, что отказник не Пиркс.
— То есть поманить Дядю Сэма сладкой косточкой? Такой, от которой он не сможет отказаться?
— Точно!
— А не рискованно? То, что легко идет в руки, вызывает подозрение. А он в нашем деле не новичок. Начнет по своим каналам проверять.
— Ну и пусть проверяет. Что он может узнать? Про кровь, что тянется за Ивановым? Очень хорошо, что узнает. Мокрые дела — лучшая характеристика для разрабатываемого агента. Потому как компромат. За который уцепить можно. А здесь компромата на десятерых хватит! А больше того он ничего узнать не может. Потому что больше этого никто ничего не зна-бт. У нашего Иванова такая репутация — не подкопаться. Хоть проверяй, хоть не проверяй. Его мертвецы его рекомендуют лучше, чем президент их Штатов. Ну что, может, попробуем?
— Может быть... В конце концов, терять нам, похоже, нечего.
— Чем поманим?
— Чем-нибудь таким, что он проверить сможет. Чтобы убедиться в реальной полезности Иванова.
— Агентурой? Или, может, техническими разработками?
— Нет, здесь проверка на недели растянется.
— А если... А если мы им что-нибудь под спутник подложим? А?
— Под спутник? Это конечно... Спутники, они каждый день летают.
— Подсунем им оружие. Ракетку какую-нибудь среднего радиуса действия. И тоща они... И тогда он...
— А ну давай дуй к Иванову.
Иванов как сидел, так и сидел.
— Сейчас будем звонить Королькову. Скажешь ему... Иван Иванович поднял трубку.
— Это снова я.
— Чего надо?
— Нужна встреча с человеком, который делает визы.
— Я же сказал тебе, что он не хочет.
— Может, ты ему плохо про меня объяснил?
— А ты поди проверь.
— Я не шучу! Я сделал то, что ты просил. А ты...
