…
Tax закрыл лицо ладонями и зарыдал. Бенаф'сай не сделала ни единой попытки, ни физической, ни ментальной, облегчить его боль, и он ощутил приступ ненависти. Но в конце концов его горе иссякло, и он вытер распухшие глаза и нос платком, любезно протянутым его пра-пра-черт-знает-сколько-раз-прабабкой. Их глаза встретились, и он увидел в них… боль? Он с трудом мог в это поверить.
— Мы отправимся в путь, как только расчистим пространство для Роя. У нас недостаточно вооружения, чтобы отразить нападение пожирательницы, а перед тем как уйти в призрак-полет, нам придется опустить защитные экраны. Жаль, — проговорила она задумчиво, — что нам удалось сохранить совсем немного особей. Т'зан-д'ран скорее всего уничтожит этот мир. — Он быстро-быстро замотал головой. — Ты не согласен?
— Думаю, люди могут преподнести тебе сюрприз.
— Сомневаюсь. Но мы, по крайней мере, собрали данные. — Она пронзила его холодным взглядом серых глаз. — Ты, разумеется, сможешь свободно передвигаться по кораблю, но, пожалуйста, не приближайся к людям.
Незачем волновать их и затруднять привыкание к новой жизни.
Она послала телепатический вызов, и в каюту вошла стройная женщина. Tax потрясенно осознал, что в последний раз видел ее пятилетней малышкой, которая нянчила многочисленное кукольное семейство и взяла с него обещание жениться на ней, когда она вырастет, чтобы у них родились хорошенькие детишки. То, что она находилась на этом корабле и не была надежно заперта на женской половине, означало ее принадлежность к битшуф'ди, бесполым существам, которых считали носителями какого-нибудь опасного рецессивного гена или признавали недостаточно генетически ценными, чтобы получить разрешение иметь детей.
Она бросила на него мимолетный взгляд (грустный — он не смог определить наверняка, так быстро промелькнуло это странное выражение в ее глазах) и сделала почтительный жест.
— Ваше величество, не соблаговолите ли последовать за мной?
Он отвесил Бенаф'сай прощальный поклон и зашагал следом за Талли, раздумывая, о чем с ней говорить. Завести ничего не значащий разговор казалось ему неуместным — разумеется, она выросла, ведь прошло уже несколько десятков лет!
— Ты со мной не поздороваешься, Талли?
Коридор изгибался по спирали, уводя их в сердце корабля, и блестел, как полированный перламутр.
— Вы же со мной не попрощались.
— Мне нужно было кое-что сделать.
— Другие тоже подчиняются этому императиву.
Она боязливо оглянулась по сторонам и перешла на телепатическую речь. «Забб хочет тебя убить. Ешь и пей только то, что принесу тебе я, и прикрывай спину».
Талли вложила ему в руку маленький острый кинжал, и Tax быстро спрятал его в рукав. «Я ожидал этого. Но все равно спасибо тебе за предупреждение и за оружие».
«Он убьет меня, если что-нибудь заподозрит».
«От меня он об этом не узнает. Он никогда не мог тягаться со мной в ментатике».
Тахион вдруг осознал, как ослабла его ментальная защита. Он укрепил барьеры, и она с облегчением кивнула.
«Так-то лучше».
«Нет, все ужасно. Вся ситуация — просто кошмар. Я не собираюсь возвращаться на Такис».
Они дошли до каюты, и корабль предупредительно распахнул перед Тахионом двери.
Она положила руки ему на плечи и подтолкнула ко входу.
«Придется. Ты нужен нам».
Двери за ним захлопнулись, и он подумал, что, наверное, поспешил записывать ее в союзники.
