На съезде была введена для руководства секретариатом новая должность — «генерального секретаря». На первом же пленуме ЦК (4 апреля 1922 года, по другим данным в начале мая) генеральным секретарем партии был выбран Сталин. В качестве его помощников были избраны Куйбышев и Молотов.
Избрание Сталина на ключевую должность, связанную по словам Ленина с «необъятной властью»[273], произошло в силу существовавшей тогда ситуации на верхах партии: Сталин в глазах подавляющего большинства не был кандидатом на место Ленина, на место вождя в партии. Такими кандидатами были в первую очередь Троцкий и Зиновьев, уже давно ожесточенно боровшиеся друг с другом. Каменев был неразлучен с Зиновьевым и отдать ему секретариат означало передать власть партии в руки Зиновьева. Из состава Политбюро, таким образом, Сталин казался самым нейтральным, и единственным кандидатом, не втянутым открыто в шумную внутрипартийную борьбу.
26 мая, через несколько недель после избрания Сталина генеральным секретарем, с Лениным случился первый удар, после которого он уже больше не мог руководить партией.
Тем не менее, он не расставался с мыслями ограничить значение ЦК, вынести за его рамки все ответственные решения, которые ЦК мог лишь обсуждать на пленумах и утверждать в форме готовых решений.
В своем «Письме к съезду»[274], обычно упоминаемом как «завещание», (23–31 декабря 1922 года) Ленин рекомендует XII съезду увеличить количество членов ЦК сначала до 50, а потом до 100 человек. Такое увеличение количества членов ЦК, естественно, превращало это учреждение из рабочего органа в послушную избирательную коллегию для Политбюро.
Отношение Ленина к членам нового, составленного по его проекту, ЦК носит снисходительно-наставнический характер — в основном их занятия должны по его мысли проходить в учении — «… они будут год от году проходить курс государственного управления при помощи таких высококвалифицированных специалистов и высокоавторитетных во всех отраслях членов Рабоче-крестьянской инспекции …»[275].
Кто же эти новые члены ЦК по Ленину? После ханжеской фразы о том, что 50-100 новых членов ЦК «… партия вправе требовать от рабочего класса и может получить от него без чрезмерного напряжения его сил»[276], Ленин определяет: «В число рабочих членов ЦК должны войти преимущественно рабочие, стоящие ниже того слоя, который выдвинулся у нас за пять лет в число советских служащих …»[277].
Введением в ЦК молодых, неискушенных членов партии достигались две цели — роль старых партийцев, имеющих на основе опыта свое собственное мнение, роль таких людей как Шляпников в ЦК резко снижалась. В то же время в ЦК вводились «декоративные рабочие», готовые совершенно послушно следовать за Политбюро.
Таковы были пути и методы, которыми Ленин надеялся сохранить единство в партии, укрепить диктаторский режим в ней, введенный им весной 1921 года.
К концу 1922 года Ленин начал поправляться и снова входить в дела. Каменев, председательствовавший в Политбюро, конечно, не был «нейтрален» — с болезнью Ленина на место последнего выдвигалась фигура Троцкого, прочно утвердившего за собой во время гражданской войны репутацию второго вождя после Ленина. Троцкий сохранял в 1922 году, среди прочих, обе ключевые должности, дававшие ему господство в армии — наркомвоенмора и председателя все еще не распущенного, на всякий случай, Революционного Военного совета республики.
В связи с болезнью Ленина и отходом его от работы Каменев и Зиновьев поспешили войти в соглашение со Сталиным, который, как и они, но еще со времен Царицына, находился в состоянии подпольной войны с Троцким. Так сразу после фактического выхода Ленина из Политбюро в этом органе на месте вождя образовался триумвират из Зиновьева, Каменева и Сталина, противопоставивший себя Троцкому.
В этих условиях, условиях недоверия и страха перед Троцким в случае смерти Ленина, Сталин получил полную поддержку от своих коллег по триумвирату в подготовке аппарата партии к выступлению на стороне триумвирата, фактически однако продолжая создавать, но теперь в чрезвычайно выгодных для себя условиях, преданный себе лично каркас из партийного аппарата на местах. Андреев и Куйбышев, проведенные им на XI съезде в ЦК, вместе с Молотовым, Ярославским, Орджоникидзе, Ворошиловым и некоторыми новыми кандидатами в ЦК (например, Микояном) делаются его активными помощниками.
Картина открывшаяся перед Лениным осенью 1922 года была сценой подготовки генерального сражения между Троцким и триумвиратом, где, однако, главные позиции уже держал Сталин. Партии грозил неизбежный раскол, «коллективное» руководство 1922 года оказалось фикцией.
Ленинское письмо съезду 23–29 декабря 1922 года написано под впечатлением неизбежного раскола, все его помыслы в этом письме сосредоточены на искании путей, как избежать взрыва грозящего партии расколом.
Говоря о Троцком и Сталине, он пишет:
«Отношения между ними, по-моему, составляют большую половину опасности того раскола, который мог бы быть избегнут …»[278].
