– Если я и так понят, зачем делать ударение? Ведь Рапунцель умная девочка. Или нет?
– Я могу быть необъективной.
– Значит, умная. Так вот насчет правил. Я всегда спрашиваю первый и, если мне нравится твой ответ, я разрешу задать вопрос себе.
– Хм. А почему ты решил, что я приму эти правила?
– Хотя бы потому что это ТЫ мне написала, а значит, у тебя есть определенная заинтересованность.
– Почему ты так решил? Я просто написала первому встречному.
– Рапунцель обманщица?
– С чего бы это?
– Так как в моем профиле нет голого торса, нет фоток со смазливой физиономией, я не звезда, то напрашивается вывод, что ты лжешь. Тебе стало скучно, и ты написала первому встречному? Я совсем не в ТОПе. Выдающихся тегов я не оставлял. Чем обязан?
– Может быть, я люблю сов?
– Может быть. Ты любишь сов?
– Они мне нравятся.
– Хочешь поговорить о совах?
– О вселенском зле было бы интереснее.
– А Рапунцель имеет представление о зле? Маленькая девочка с золотыми волосами, спрятавшаяся в высоченной башне без дверей, хоть раз в своей скучной жизни столкнулась с ним? Или читала о нем в книжках с розовыми обложками?
Я отпрянула от монитора и ощутила, как внутри все сжалось, как я приняла вызов… А что мне терять? Может быть, он даже не отец Вари. Может, он просто безликий аккаунт в интернете. Он не знает меня, а я его… Впервые в жизни мне не было страшно говорить правду. Я действительно чувствовала себя девочкой с длинными волосами, запертой в башне и смотрящей на мир через маленькое окошко. Но даже его всегда можно захлопнуть.
– Столкнулась. Оно оставило на мне свои отметины. Может, поэтому Рапунцель спряталась так высоко и закрылась в комнате без дверей.
– И что она ищет в интернете? На сайте знакомств? Рапунцель хочет замуж? Или секса? А может, вирта?
Смутилась, ощутила, как кровь прилила к щекам. И только один человек вгонял меня в краску и заставлял замереть в ступоре. Но он сейчас далеко от меня, и я взяла от него отсрочку. И он никогда не вызывал во мне интереса, ничего, кроме ненависти… а вот Но Нейм вызвал. И его аватарка с белой совой. И я не могла найти этому объяснения. Наверное, всему виной эта непосредственность, с которой он мне писал.
– Рапунцель плевать на секс.
– Отметины от зла были слишком глубоки?
– До костей.
– Тогда что ты здесь делаешь? Что ищет в клубе озаботов и извращенцев девочка, отмеченная злом?
– Не знаю… собеседника. А ты? Если ты зарегистрировался на этом сайте, что искал ты? Секс и извращения?
– Хахаха. Нет. Секса и извращений мне хватает в реале. Я уже давно не заходил в этот аккаунт.
– Зачем зашел сегодня?
– Я зашел его удалить.
– И что тебя остановило?
– Твое сообщение. Мне стало интересно, что общего есть у Рапунцель с совами.
– Она не знает. А что есть общего у тебя со злом?
– Оно оставило отметины и на мне. У зла длинные руки. Не боишься, что оно тебя сцапает и здесь?
– Нет. Я ведь в башне.
– Хахаха. Логично. А если у меня есть крылья – я же сова?
– Ты не знаешь – где моя башня, да и я могу всегда закрыть окно.
– Рапунцель… а я все же оставлю свой аккаунт и попробую поискать твою башню.
– Попробуй. Я оставлю окно открытым, когда ты вылетишь на поиски.
Это было так легко написать… Так легко быть девочкой Рапунцель и не бояться мужчин.
– Сейчас мне надо улетать по всяким совьим делам, но я вернусь. А ты жди меня. И закрой поплотнее окна, пока меня нет.
– Они всегда закрыты.
– Сидишь в темноте?
– Да.
– А я в темноте летаю. И… совет – иногда надо посмотреть злу в глаза, чтобы перестать прятаться и бояться.
Точка возле его аватарки исчезла, и я медленно закрыла сайт. Сердце тревожно билось. Как будто я сделала что-то запрещенное, что-то совершенно непохожее на меня. И именно так и было – я только что флиртовала с мужчиной впервые в своей жизни. И не потому что, возможно, он отец Вари… Я даже не знаю почему. Что-то в его словах. Какая-то горькая обречённость. Я поверила, что зло оставило свои отметины и на нем. И может быть, поэтому он стал донором…
«Посмотреть злу в глаза»… Я и так смотрела. У зла они бирюзовые, яркие и жуткие, глаза, в которых можно утонуть и никогда не всплыть на поверхность, так и валяться на дне с камнем на шее, глотая отравленную воду и понимая, что смерть уже близко. Подняла голову и посмотрела в монитор.
Отметины зла… И они могли остаться не только на мне. Если Волин и есть тот псих, который изнасиловал меня и пытался убить, то я не единственная жертва. Слишком все слажено у него тогда было. Должны быть еще жертвы.
Я открыла поисковик и начала искать по годам в криминальной хронике похожие преступления с изнасилованиями и, возможно, с убийствами.
