— Кстати, — добавил я, достав из своей сумки-бездны красный кристалл, доставшийся мне после недавней битвы с големом — у меня был план получше, как его использовать. Но знаешь, в тебе есть нечто вдохновляющее, барон Чернов.
Я повернул кристалл в пальцах, нанося несколько неуловимо заметных рун, неизвестных почти никому даже в моем мире, и он отозвался чистым, тревожным звоном.
— Вот только ты не стоишь даже половины этой штуки, — пробормотал я, прежде чем подкинуть кристалл Плюму.
—
Плюм поглотил кристалл, и снаружи его тела, обычно пухлого и пушистого, пошли зловещие волны. Свет в подвале исказился, металл застонал, а воздух вдруг стал
— Что за… — начал один из охранников, но не успел договорить. Из Плюма вырвалась тень, форма которой стремительно росла, выгибалась, множилась.
Из крохотного комочка он превратился в нечто… другое.
Перед ними стоял зверь. Нет. Артефактный кошмар. Силуэт, сотканный из мрака и искр, с глазами, сияющими небесным синим пламенем. Крылья, как у демона, лапы, как у древнего тигра, хвост, переливающийся магией всех стихий.
Малая Боевая форма Плюма.
— Вечеринка только начинается. — усмехнулся я, стряхнув остатки верёвок.
Следующее мгновение стало началом апокалипсиса.
Воздух в подвале сгустился до предела, словно сама тьма решила сжать нас в кулак. Плюм, принявший облик демонического кошмара, рычал так, что стены дрожали, а с потолка сыпалась известковая крошка. Его крылья, словно выкованные из теней и пламени, рассекали воздух, оставляя за собой дымящиеся шрамы. Игорь Чернов метнулся к двери, но не побежал — отступил, как хищник, знающий цену каждому шагу. Его глаза, холодные и расчётливые, скользнули по Плюму, будто взвешивая угрозу.
— Убейте его! — проревел он, но в голосе не было паники — только сталь. — Всех зовите!
Он сделал шаг назад, пальцы скользнули по поясу, где висели артефактные амулеты. Уголки его губ дрогнули в улыбке — не насмешке, а признании.
— Интересно… — пробормотал он, глядя на Плюма, чьи когти впились в каменный пол. — Создание уровня архимагов… И ты таскаешь его, как щенка? Я тебя недооценил… Все недооценили…
Гвардейцы ринулись в атаку, но я уже был свободен. Верёвки — прах. Руны на ладонях вспыхнули алым, как раскалённая сталь. Первый гвардеец замахнулся клинком — я ловко увернулся, ударил ребром ладони в горло. Хруст. Тело рухнуло, словно мешок с костями. Второй выстрелил огненным шаром — я поймал заклинание в воздухе, сжал в кулак и швырнул обратно. Взрыв ослепил на мгновение, оставив после себя лишь дымящийся прах.
— Скучно, — процедил я, переступая через обугленные останки. — Где настоящий бой?
Чернов не ответил. Он отступал дальше, шаг за шагом, его плащ колыхался в такт размеренному дыханию. Пальцы сжали медальон на груди — древний щитовой артефакт, вспыхнувший синим барьером. Плюм рванул вперёд, но удар о щит отбросил его, оставив на защите трещину.
— Не спеши, зверёк, — Чернов усмехнулся, намеренно замедляя шаг. — Все-таки я мастер!
Плюм зарычал, из пасти вырвался сгусток пламени, но барон ловко уклонился, активировав ещё один амулет. Стены ответили ему — каменные шипы выросли из пола, пытаясь пронзить Плюма. Тот взмыл вверх, разбив тусклые светильники, и стеклянные осколки дождём посыпались на Чернова.
— Достойно, — пробормотал барон, стирая кровь с рассечённой щеки. — Но недостаточно.
Он выдернул из-за пояса дымовую гранату и бросил ее перед собой. Яркая вспышка ослепила веки, и спустя мгновение вокруг нельзя было рассмотреть даже своих пальцев. Едкий туман окутал помещение, и мы с Плюмом направились к выходу.
— Беги, — бросил я Чернову вслед, — пока можешь.
Но он не побежал. Отступил. Достойно. Как истинный генерал, знающий, когда битва — лишь начало войны.
Плюм, всё ещё в боевой форме, пронёсся мимо, снося дверь в щепки. Мы вырвались в коридор. Стены особняка вибрировали от шагов бегущих магов. Я улыбнулся. Охота началась.
Спустя минуту мы оказались в главной зале. Холл встретил нас роскошью, превращённой в поле боя. Хрустальные люстры, подвешенные к потолку, украшенному фресками сражающихся драконов, раскачивались, бросая на стены прыгающие тени. Их блики скользили по мозаичному полу. Чернов стоял у парадной лестницы, опираясь на резную балюстраду, словно актёр, готовый к финальному монологу. За ним — несколько магов в мантиях цвета ночной грозы, лишь один был в белом. На плечах двух из них сверкали золотые звёзды — знак магов первого ранга.
— Выйдем на улицу, — предложил я, снимая пиджак, пропитанный гарью и чужой кровью. Ткань шлёпнулась на пол, подняв облачко пыли с мраморной плиты. — Или тебе плевать на собственный дом?
Чернов не ответил. Его пальцы сжали корпус амулета на груди — чёрный обсидиан с трещиной, напоминающей змеиный глаз. Усмешка, холодная и узкая, как лезвие бритвы, скользнула по его лицу.
