Человек выпрыгнул со второго этажа, ударился о землю и потерял сознание.
Он так и не услышал, как по радио объявили:
«Мы передавали сказку для наших маленьких радиослушателей!»
В темноте подвала раздаётся дружный смех.
– Вот так страшилка! Скорее уж – «смешилка-уморилка»!
– Да уж, это точно! Живот можно надорвать!
– У кого ещё есть страшилки? Ну же!
Но желающих больше нет – фантазия иссякла…
– Серёга, Славка, что дальше-то делать будем? – Вадька оглядывается вокруг и, не увидев братьев, удивлённо окликает. – Эй, вы куда делись? Серёга! Славка!
– А правда, где они?
– Да только что здесь были! Может, на лестнице? Да нет, тут пусто…
– А может, их домовой утащил?
– Ты что, сбрендил? Нет тут никаких домовых…
И в этот самый момент из недр уходящего вглубь подвала коридора раздаётся какой-то скрежет, леденящие душу стоны и завывания, а в темноте появляются две жутких морды – горящие огнём глаза, светящиеся дырки вместо носа и разверстые в диком оскале пасти…
Раздаётся оглушительный визг – и ребят как ветром сдувает с мест. Все бросаются к выходу, толкая друг друга и спотыкаясь. Кто-то опрокидывает свечи. Подвал погружается в кромешную тьму – и визг становится ещё пронзительнее…
– Эй, вы куда все? Это ж мы с братом! – кричит во весь голос Славка. – Да стойте же!
В следующее мгновение по головам и стенам уже пляшут два фонарных луча, разгоняя тьму. Чиркает спичка – и вновь затеплились фитили свечей. В разгорающемся круге света виновато переминается с ноги на ногу Серёжка. В руке у него – полосатая маска из половинки арбуза с прорезями для глаз, носа и рта… У стоящего рядом Славки – такая же.
– Только без обид, ладно? Мы хотели понарошку испугать. Мы ж не знали, что так по-взаправдашнему получится…
Первый день ноября принёс сразу два радостных события.
Во-первых, наступили первые в жизни Серёжки школьные каникулы – целая неделя… нет, целых восемь дней «ничегонеделанья»! Восемь дней, когда первая мысль поутру: «Не нужно выбираться из тёплой кровати и идти под дождём в школу! Можно ещё поспать, а потом целый день бегать на улице или играть в подъезде. И на следующий день тоже, и потом…»
А во-вторых, наконец-то закончились целых две недели нудных моросящих дождей!
Сильно похолодало ещё накануне. Небо просветлело, а к вечеру бодрый, по-зимнему холодный ветерок разметал облака по небу, и в их разрывах на какой-то краткий миг даже проглянуло багровое закатное солнце – и сразу на душе стало веселее.
А за ночь набухшую от бесконечных дождей землю сковал первый мороз. Поэтому когда, наскоро позавтракав, ребята выбежали на улицу, они прямо с порога попали в ледяное царство: полянки и дороги были припорошены мириадами блестящих кристаллов; заледеневшая жухлая трава и одинокие необлетевшие листья на кустарниках казались вырезанными из горного хрусталя; берёзки тянули к просветлевшему небу свои стылые, посеребрённые инеем и звенящие на ветру ветви; вчерашние лужи превратились в слюдяные оконца, в которых неслись бесконечной чередой рваные клочья облаков…
И над всем этим замёрзшим великолепием вставало так долго прятавшееся за осенней хмурью солнце… Вот первые его лучи коснулись верхушек кустов, земли – и всё вокруг в миг вспыхнуло, заискрилось тысячами мельчайших драгоценных камней.
И то ли от этой хрустальной, искрящейся, звенящей от мороза красоты, то ли от первого глотка выстуженного за ночь воздуха перехватило в горле дыхание. И на какое-то мгновение захотелось стоять вот так неподвижно целую вечность, чтобы не спугнуть, не потревожить неловким движением эту родившуюся всего за одну ночь сказку…
Но как устоять на месте, когда ноги сами несут тебя к большущей луже-ледянке, по которой теперь можно с разбега проскользить от края до края?
А дальше, вдоль дороги – водосточная канава, которую ребята предусмотрительно запрудили кирпичами накануне. Она теперь превратилась в длиннющую ледяную дорожку – только бы разбежаться посильнее, чтобы хватило скорости доехать до самого конца, да устоять на трясущихся от страха и восторга ногах! А впрочем, и в падениях тоже есть своя прелесть – особенно, когда получается «куча-мала». Вот уж где веселье и визги на весь городок!
– Серёга, ты ещё не укатался? – позвал его запыхавшийся старший брат.
Они носились по ледяной дорожке уже часа два, и ноги предательски подрагивали в коленях. Но признаваться в этом не хотелось.
– Да нет, не особо, могу ещё… А что, уже домой пора?
– Неа, просто здесь уже порядком поднадоело. Думаю на речку сбегать, посмотреть, не замёрзла ли?
– Ну за одну-то ночь вряд ли. Зато у берегов наверняка уже лёд, можно камни по нему позапускать… Давай!
И он первым рванул к речке.
Бежать на ватных от усталости ногах было забавно. Вот их дом, их подъезд… Теперь обогнуть дом, мимо берёзок, вниз с горки по заледеневшей дорожке, через злополучный проём – и дальше по просёлку к лесу…
Набрав камней по обочинам дороги и пройдя по усыпанной льдинками-листьями тропинке через голый, замёрзший лес, они вскоре оказались на берегу речки, у озерца чуть ниже бревенчатого мостика.
