«Уже ночь?» – испуганно подумал он. Потянувшись к сапогу, Тигр открыл маленький тайник в каблуке и достал припрятанный перстень. Повертев его в руке, он встал.
– Стражник!
– Чего вам? – откликнулся тот из-за двери.
– Хочешь заработать?
Вместо ответа тот хмыкнул.
Даррен подошел ближе к окошечку в двери и, понизив голос, сказал:
– Тут есть узница, девушка темноволосая, очень красивая, мне нужно с ней увидеться.
– Ну, положим, есть такая, – недоверчиво глянул тюремщик.
Даррен протянул ему перстень.
– Держи. Это фамильная вещь, ценная.
Мужчина просунул пальцы между прутьев и, взяв кольцо, внимательно посмотрел на камень.
– А если убежишь? – спросил он, нахмурившись. – Дашь мне по голове и...
– Не убегу. Слово Рыцаря Служения.
– Так ведь это, – тюремщик почесал затылок. – Бывший же.
– Бывших не бывает.
Стражник еще колебался, но жадность уже пересилила.
– Ладно, – он снял с пояса связку ключей.
Даррен почувствовал, что даже волнуется.
***
В Шадер, недалеко от домика, где они жили с Анжелой, был холм. На холме стоял многовековой дуб с широкой кроной, радовавшей сочно-зеленой листвой. По этому дереву можно было лазить все утро и ничуть не устать. А если иногда все же случалось, Эри могла заснуть прямо на одной из ветвей. Она прижималась животом к коре, обхватывала руками дерево, словно обнимая его, и проваливалась в сладкую дрему. Анжела часто ругала за это, боясь, что однажды ее девочка упадет. Но она все равно забиралась.
Ветерок ерошил волосы, в воздухе пахло листвой. Можно было приоткрыть один глаз и наблюдать за неторопливым течением реки. А если приподняться, вдалеке виднелась ровная гладь Темного моря. Можно было перевернуться на спину и смотреть, как зеленая крона прячет голубое небо, как теплые лучики прорываются сквозь нее, словно за неведомую преграду. Защищало дерево и от нелюбимого дождя. И деревенские возле холма почти не ходили, только иногда. Лазая по веткам, Эри могла легко спрятаться от камней и вообще укрыться от посторонних глаз. Она всегда охраняла это дерево, лишь изредка разрешая кому-нибудь присоединиться и любоваться красотой вместе. В Шадер даже маленькие дети боялись ее и если и приходили, то лишь убедиться, что взрослые не напрасно пугали. Она никогда не пыталась их разуверить, справедливо полагая, что чем сильнее боятся, тем меньше будут тревожить.
Эри казалось, что она снова растянулась на ветви дуба и безмятежно спит. Вдалеке послышался голос Рикки, но предателя хотелось видеть меньше всего. Она свесила руку и коснулась чего-то твердого и холодного. От неожиданности она вздрогнула, прекрасный мир исказился, словно был отражением в воде. Сильный ветер ударил в бок, сорвал с ветви, как огромный лист. Мир закружился, потемнел. Ее понесло в сторону, затем воздушные потоки подбросили вверх и почти мгновенно опрокинули вниз.
Она зажмурилась.
– Лаирэ, – назвал ее кто-то чужим именем. – Что в телеге?
Эри открыла глаза, но не могла даже головы повернуть. Тело не слушалось, словно было не ее. В нос ударил запах хвои.
– Луки, – ответил не ее рот чужим мужским голосом, – ящик наконечников и две бочки вяленого мяса.
– Отлично, тащи внутрь, – сказал кто-то из-за спины.
Чужие руки обхватили вязанку луков.
«Нет, – подумала Эри. – Не хочу. Хочу обратно в Шадер, к дереву, к Анжеле...»
Словно в ответ на ее просьбу, перед глазами стало расплываться. Первыми она ощутила кончики пальцев. Те упирались все в то же твердое и холодное.
– Ой, – она приоткрыла глаза. Осознание, что это уже был не сон, пришло не сразу.
– Не-ет, не хочу, – жалобно протянула Эри, приподнимаясь.
Тюрьма. Снова. На мгновение показалось, что она здесь живет всю жизнь, а Шадер и остальное все это время лишь снились.
Эри села и, прижав колени к груди, обхватила их руками. Захотелось расплакаться и пожалеть себя, но она так и не смогла. Противный голосок внутри напомнил, что она давно могла бы выскользнуть из города. И осталась здесь по своей воле. Потому что Даррен. Потому что она глупая и не думает головой. Как не думала и тогда с Тирком.
Из коридора донесся звук шагов. Эри показалось, что она узнала поступь Даррена. Но, списав это на свою глупую влюбленность, она не стала подниматься и проверять.
***
Около одиннадцати вечера Лидер вызвал к себе Филиппа Змея.
– Ты был когда-нибудь в Роване? – спросил он у подопечного.
– Нет, – ответил Рыцарь.
– Вот это письмо, – Лидер взял со стола свиток и протянул Филиппу, – нужно передать Великому Оракулу Рованы лично в руки.
– Понял.
– Очень важно доставить его в кратчайшие сроки. И главное, только ему в руки.
– Понял, – повторил Филипп.
– Если управишься, вознагражу сторицей. И советую выезжать прямо сейчас.
– Да, господин, – Змей прижал кулак к груди и поклонился.
***
Антис подумала, что за ней пришли. Она ждала этого и потому не спала, а лежала и рассматривала темный потолок. Ключ медленно поворачивался в замке, или ей показалось? Она села и, проведя рукой по волосам, с тоской посмотрела в сторону открывшейся двери.
