Это, на мой взгляд, самое страшное и сильное, что есть в сериале, – тема предательства, хоть она и не обозначена вербально, но звучит гораздо сильнее, чем все феминистские речи. Каждый думает только о себе, не о зрителе, коллегах и программе, только о себе, готов в любой момент предать кого угодно, поверить или сделать вид, что поверил, в любую чудовищную клевету, если она исходит из какого-то властного источника. Как будто обществом овладевает тоталитарная секта, которая диктует, что хорошо, что плохо, которая вторгается в сложившиеся веками отношения и перекраивает нравственный закон.
А может быть, возвращаются пуританские нравы: взял за руку – женись? Нет. В сериале хороших семей нет, никто не женится, все разводятся: Мич, Алекс и Брэдли в разводе. Есть одна-единственная влюблённая пара – ведущий-метеоролог Янко (Нестор Корбанелл) и юная референтка Клэр (Бел Паули) вроде без памяти любят друг друга, но о женитьбе, о детях речь у них не заходит.
Похоже, брак – отживший институт. Да и вообще, отношения мужчины с женщиной под большим вопросом, а близость, без которой невозможно продолжение рода, теперь чревата неимоверными страданиями и самоубийством для женщины и крушением карьеры для мужчины. Секса в Америке больше нет?
Режиссёр Кевин Макдональд получил «Оскара» и много других наград за документальные фильмы, его имеющий документальную основу «Мавританец» пополнил серию американских «перестроечных», то есть резко критикующих государственное устройство и устои США, кинолент. На этот раз кинематографисты обрушились на судебную и пенитенциарную систему страны. Конкретно беззаконие, творящееся на американской базе Гуантанамо, где в отвратительных условиях содержатся, подвергаются пыткам и умирают люди, подозреваемые в причастности к организации терактов 11 сентября.
Многим из узников годами не предъявлялись обвинения. Одному из них, впоследствии написавшему книгу о своих многолетних мытарствах, посвящён фильм «Мавританец». Главную мужскую роль, якобы террориста Мохаммеда, играет Тахар Рахим, главную женскую роль – оскароносная Джоди Фостер. Глава группы адвокатов Нэнси в конце концов вытаскивает его из тюрьмы, на что понадобилось много лет, а роль прокурора, поначалу намеренного засудить Мохаммеда, а потом отказывавшегося от обвинений, исполнил много снимающийся в последнее время Бенедикт Камбербэтч.
Никаких доказательств того, что Мохаммед вербовал террористов-смертников, у следствия не было – только косвенные улики. Однако при помощи физического и психологического давления, всевозможных угроз (вплоть до того, что на базу привезут его мать и изнасилуют) мучителям удалось добиться признательных показаний. То есть всё самое отвратительное, в чём правительство США обвиняло своих «нецивилизованных» конкурентов, здесь происходило и происходит до сих пор.
В фильме показано, как трудно адвокаты налаживают общий язык с затравленным, измученным мавританцем, он учился в Европе и до своего похищения хорошо относился к Западу и США, но после месяцев и даже лет истязаний он никому из американцев не верит, и сколько терпения и сил потребовалось, чтобы постепенно доверие наладилось. Благодаря сотрудничеству обвиняемого с защитой, их мужеству и стойкости обвинение рассыпается.
В эпилоге мы узнаём, что прототип Мохаммеда выйдет из тюрьмы не сразу, а ещё через восемь лет (!) после того, как Нэнси сдвинула дело с мёртвой точки, спасая несчастного от смертной казни. За это время он настолько сблизился с сотрудницами Нэнси, что женился на одной из них. В финале мы видим реального героя на свободе. В отличие от сыгравшего его актёра он совсем не похож на террориста, в финале он поёт песню Боба Дилана, да и похож на него.
Справедливость вроде бы восторжествовала, но сколько лет невиновный человек провёл в жуткой тюрьме! И сколько ещё якобы террористов сидит в Гуантанамо без предъявления обвинений. То есть обычного для американского кино радужного финала, в котором американское правосудие после отчаянной борьбы всё же побеждает, нет.