Когда в «Известиях» вышел материл Панарина о неизбежном распаде Америки, он был немедля перепечатан крупнейшими западными изданиями (The Wall street Journal, Washington post, Forbes, Le Mond), автора пригласили на CNN, Sky news и т. д.
Сам я человек любознательный, и люди, подобные Игорю Панарину, мне нравятся. Многие из моих коллег к его статьям, выводам и прогнозам относятся скептически — мол, несерьезно это. Однако же, я обратил внимание, что и скептически настроенные коллеги статьи и книги Панарина внимательно читают.
Когда в «Известиях» вышел материл Панарина о неизбежном распаде Америки, он был немедля перепечатан крупнейшими западными изданиями (The Wall street Journal, Washington post, Forbes, Le Mond), автора пригласили на CNN, Sky news и т. д. Это означает, что нетривиальные мысли ценятся и в политологии, и в журналистике, и в международной жизни.
Мне кажется, что и нетривиальные прогнозы имеют не стопроцентные, но шансы сбыться. Представим себе некоего чудака или пророка, который, в 80-е годы предсказывает распад Советского Союза, и будущие трения между Россией и Белоруссией по поводу молока. Высоки ли его тогдашние шансы быть воспринятым всерьез? Но как интересно было бы сейчас почитать «Панарина» тех лет, если бы он был!
Это не означает, что все написанное в статьях и книгах Игоря Панарина обязательно произойдет. Однако же, анализ, который он проводит, подбор фактов, которые он использует и характерный для большинства неортодоксальных мыслителей, полет фантазии, делает его книги безусловно интересными и полезными. А это уже немало.
Что до точности предсказаний… Возможно, не везде этот пасьянс сойдется. Вряд ли кто-нибудь знает на самом деле, что произойдет с миром. Однако же, версии, да еще необычные, всегда помогают читателям плыть в тяжелом, однообразном, а порой и мутном информационном потоке.
Поэтому мы печатаем Панарина, спорим с Панариным, соглашаемся с ним, иногда добродушно посмеиваемся (вместе с ним, кстати) над наиболее фантастическими предположениями. Всегда держа в уме: все выходящее за рамки банальности, все выдающее нестандартную работу мысли, находит благодарного читателя.
Владимир Мамонтов
Главный редактор газеты «Известия»
«Калифорния и Техас всегда были и будут МЕКСИКОЙ!».
«Другие страны сейчас скупают активы в США. Если это будет продолжаться, мы потеряем контроль над многим, а может быть, даже над частью страны».
Это — некоторые цитаты из того, что пишут американцы в комментах к роликам с интервью И.Н. Панарина, выложенным в Youtu.be из нашего эфира. Только в одном Youtube любое интервью с профессором неизбежно собирает сотни тысяч просмотров. В своих выступлениях Панарин излагает свои смелые теории о том, что вскоре США распадутся и станут шестью разными странами, а в стране начнется гражданская война, что некоторые штаты станут частью Евросоюза, а в других будет говорить по-китайски, и другими не менее неожиданными прогнозами.
Если аудитория заскучала и надо ее встряхнуть — пригласите в эфир И.Н. Панарина, и все наладится. Это знают не только продюсеры RT, но и других уважаемых международных каналов. Все, что говорит профессор, неизбежно вызывает бурю эмоций у зрителей и побуждает их к жарким спорам.
Не сомневаюсь, что книга профессора тоже изобилует самыми небанальными теориями и доказательствами. Этого уже достаточно, чтобы ее прочитать. Я уверена, что это будет увлекательное и интересное чтение.
Маргарита Симоньян
Главный редактор телеканала Russia Today
Будущее, как, впрочем, и прошлое — материи вероятностные. Путешествия во времени — будь то литературный или научный труд — неизбежно несут в себе личностный отпечаток, преломляя проходящее перед глазами читателя через призму характера заглянувшего в Лету автора. И не подвергающийся сомнениям набор фактов превращается в более-менее цельную, но неизменно субъективную картину мира — былого или грядущего — с поправкой на личность их интерпретатора.
Игорь Панарин — безусловно, настоящая находка для электронных медиа. Взрывной, харизматичный, эмоциональный, не страшащийся дискуссии. Иногда, как кажется, не вполне последовательный и убедительный. Но чаще — убийственно-логичный, как и подобает носителю профессорского звания. Обладающий несомненным публицистическим даром, он представляется ярким представителем современной науки, столь далекой, по счастью, от привычной науки академической.
В данном контексте «современная наука» — определение отнюдь не уничижительное, дескать, какое время — такие и песни. Имеется в виду — идущая в ногу, равная современному обществу, информационному, мобильному, просвещенному, готовому принять аргументацию и найти контраргументы, жаждущему поисков истины и не нуждающемуся в обществе «Знание» как толкователе научных идей.
