Северная ударная группа Западного фронта в составе 242, 251 и 162-й стрелковых дивизий из 30-й армии Хоменко при поддержке 107-й танковой и 45-й кавалерийской дивизий армии, развернутых на левом крыле и в центре участка фронта 30-й армии, приготовилась нанести удар и прорвать оборону немцев вдоль 15 км фронта от Марково до Нов. Морохово. Этим силам противостояли 106-я пехотная дивизия V армейского корпуса, которой командовал генерал от инфантерии Эрнст Денер, состоявшая из 239, 240 и 241-го полков. На длинном правом фланге у Хоменко один полк 242-й стрелковой дивизии оборонял участок от Нов. Морохово на запад до Орлово, в 5 км восточнее дороги Белый – Духовщина, а 250-я стрелковая дивизия обороняла позиции, растянувшиеся на 15 км в северо-восточном направлении вдоль дороги на Белый между деревнями Зыки и Лукинo. 250-й дивизии противостояла большая часть 129-й пехотной дивизии V армейского корпуса, войска которого обороняли выступ севернее деревни Фролово и деревни Лукинo.
Таким образом, две ударные группы Тимошенко оказались в состоянии сосредоточить каждую из дивизий на фронте наступления шириной примерно 2–3 км. Это позволило и Коневу и Хоменко добиться местного превосходства над немцами в соотношении от 5 до 8 к 1 в пехоте и чуть меньше – в артиллерии. Однако немцы сохранили превосходство в воздухе и, с учетом 900-й моторизованной бригады, примерный паритет в бронетехнике. Однако, хотя ОКХ только что направило LVII моторизованный корпус, а также 19-ю и 20-ю танковые дивизии в северо-западном направлении для ведения боевых действия в районе Великих Лук, а 12-ю танковую и 18-ю и 20-ю моторизованные дивизии XXXIX моторизованного корпуса – для поддержки 16-й армии группы армий «Север», немецкая 9-я армия все еще держала 7-ю танковую дивизию генерала Функа в оперативном резерве к северо-востоку от Смоленска. Дивизия Функа насчитывала примерно 100 танков, из которых 70–80 были в боеспособном состоянии.
Немецкие пехотные дивизии, противостоящие ударной группе Тимошенко, действовали на участках шириной 15–18 км (в случае 8, 28, 161 и 106-й пехотных дивизий) и 8 км (для 5-й и 35-й пехотных дивизий), но только после того, как последняя вступила в бой, и более 30 км (для 129-й пехотной дивизии). Немецкие дивизии обычно держали оборону, выдвинув вперед все три полка, при поддержке оперативных резервов в размере батальона на полковом уровне и в размере роты – на уровне батальона. Поэтому передовые участки обороны представляли собой растянутые по фронту укрепленные позиции взводов или рот, промежутки между которыми прикрывались плотным артиллерийско-минометным огнем. Наиболее прочными элементами обороны были укрепления вокруг или внутри деревень, где они переплетались с ходами сообщений, бункерами и огневыми точками. Такая оборона оказывалась порой весьма крепким орешком.
На рассвете 17 августа армии Жукова и Хоменко начали запланированное наступление. Сначала в течение часа немецкие позиции обстреливала советская артиллерия, после чего несколько бомбардировок и обстрелов с бреющего полета провела авиация (см. карту 77). Потом, во главе с саперами, которые прорубались через запутанную сеть заграждений, перешли в наступление крупными – размером с батальон – отрядами полки первого эшелона пяти дивизий 19-й армии. Атаку пехоты поддерживали 76-мм полковые орудия, которые расчетам приходилось тянуть вручную. Пехота волнами хлынула в бреши, образованные между немецкими укреплениями. Там, где подобные бреши отсутствовали, пехота просто поднималась в атаку, примыкала штыки к винтовкам и с криками «Ура!» бросалась вперед. По наступающим били немецкие пулеметы и минометы, выкашивая ряды советской пехоты. Там, где передовые батальоны замедляли шаг под усиливающимся огнем противника, прибывали новые и новые батальоны, проходя через поредевшие ряды своих товарищей и тем самым сохраняя первоначальный темп наступления. Там, где опустошительный огонь собирал свой страшный урожай, наступление останавливалось, выжившие просто бросались на землю, боясь поднять голову. Там, где наступающим удавалось продвинуться, многочисленные ряды пехоты в результате беспрерывного огня превращались в редкие скопления и отдельные группы солдат, оказавшихся между окопами и бункерами.
