Боевые действия мобильно-тактической группы Ермакова, в частности 108-й танковой дивизии Иванова, представляли собой в некотором роде все генеральное наступление Еременко в миниатюре. Именно бои еще за несколько дней до начала наступления фронта Еременко, которое, как и предполагалось, началось 2 сентября, в конечном счете крайне негативно повлияли на общую картину операции – ведь все надежды были именно на группу Ермакова, именно она составляла клин наступления. Однако, когда дело дошло до генерального наступления, силы мобильной группы оказались уже основательно потрепаны в боях, что же касалось дивизии Иванова, то соединение практически полностью попало в окружение противника. К дню завершения сражений под Трубчевском (7 сентября) 108-я танковая дивизия потеряла 53 танка и 500 человек личного состава, а действовавшая на соседнем участке 141-я танковая бригада за тот же период – 24 танка и 80 человек убитыми и ранеными36. Но если верить сводке Иванова, в которой говорится о 1200 оставшихся в живых, реальные потери, вероятно, превысили 5 тысяч человек. Что касается 4-й кавалерийской дивизии,
после недавних ожесточенных боев и ударов с воздуха люфтваффе по пути к району сосредоточения к северу от Трубчевска это соединение также понесло большие потери личного состава.
Но боевая активность мобильной группы Ермакова не прошла впустую. Гудериан впоследствии посвятил ей такие строки: «В полосе действий XXXXVII танкового корпуса русские наступали из района Трубчевск на запад и на северо-запад силами 108-й танковой бригады, а начиная с 1 сентября также силами 110-й танковой бригады, сильно потеснив стойко державшиеся части 17-й танковой дивизии»37.
Любопытно сопоставить с отрывком из воспоминаний Гудериана воспоминания самого Еременко:
«В этом сражении, которое достигло высшего напряжения 31 августа в 20 км западнее Трубчевска, участвовало со стороны противника до 500–600 танков и с нашей стороны 250–300. Неприятель потерял в этом районе несколько тысяч солдат и офицеров и не менее 200 танков.
Враг, стремившийся изо всех сил захватить Трубчевск, чтобы обезопасить свой фланг при наступлении на юг, а возможно, и подготовить условия для последующего удара на столицу, не смог выполнить этой задачи. Частный контрудар Брянского фронта помешал этому. Правда, на участке 13-й армии в районе ст. Знобь гитлеровцам удалось переправить одну танковую дивизию через р. Десну, но контратакой наших войск она была отброшена обратно за реку»38.
В дополнение к наращиванию числа танков более чем вдвое в 17-й и 18-й танковых дивизиях Еременко, вероятно из чувства самооправдания, утверждал, что, дескать, силы Гудериана хотели преодолеть Десну, захватить район Брянска и начать наступать на Москву. В действительности же Гудериан пока просто пытался закрепиться на восточном берегу реки, что могло иметь смысл для наступления на Москву, его истинным намерением было воспользоваться плацдармом для облегчения продвижения к Киеву в соответствии с указаниями Гитлера.
Согласно оптимистическим подсчетам Брянского фронта, атаки Ермакова стоили 17-й танковой дивизии XXXXVII моторизованного корпуса и, в меньшей степени, 18-й танковой дивизии «не менее 4000 убитых, 110–115 танков и 45 артиллерийских орудий». Хотя цифры эти из сводки Иванова явно преувеличены, тем не менее немцы понесли чрезвычайно высокие потери в боях. Свидетельством тому является тот факт, что к 10 сентября 17-я танковая дивизия смогла бросить в бой 52 танка (4 Pz I, 19 Pz II, 20 Pz III, 4 Pz IV и 5 командирских машин), то есть меньше половины штатного количества (меньше трети от штаба. Таким образом, сводки Иванова соответствуют действительности). Для сравнения: 3-я танковая дивизия Моделя после ожесточенных дуэлей с 10-й танковой дивизией Семенченко в районе к югу от Новгорода-Северского также понесла существенные потери (54 танка)39. Кроме того, лишившись 43 человек личного состава с 11–27 августа, 17-я танковая дивизия доложила о потерях 237 человек с 28 по 31 августа, и, хотя сводки потерь 2-й танковой группы каким-то непостижимым образом представляют собой чистый лист в сравнении с 17-й танковой дивизии за тот же период, вероятно, ее потери с 1–10 сентября были куда серьезнее40.
Пока Еременко доводил до ума подготовку к намеченной на 2 сентября операции, 1 сентября его армии и мобильная группа, не прерывая боев, изо всех сил пытались провести перегруппировку сил. 21-я армия прилагала все силы, сдерживая натиск 2-й армии Вейхса севернее и северо-восточнее Чернигова, одновременно пытаясь нанести удар на северо-восток с целью прорыва бронированной стены, созданной XXIV моторизованным корпусом Гейра фон Швеппенбурга (см. карту 71). Весь день 67-й стрелковый корпус и кавалерийская группа изо всех сил пыталась достичь иллюзорных целей – Семеновки и Новгорода-Северского. В кильватере этой тщетной борьбы Кузнецов доложил Еременко о продвижении к вечеру (в 23:00 1 сентября):
