Во время встречи Бакланова с Хюбнером у советского командования вызвало подозрение поведение корреспондентки газеты «Пост Диспач» из Сент-Луиза Викении Урвин: «Она, побыв немного на встрече, уехала в направлении нашего тыла. Но принятыми мерами была задержана и переправлена на западный берег Эльбы».
Американская корреспондентка взяла интервью у санитарки медсанбата 58-й гвардейской стрелковой дивизии старшего сержанта Лизы Парняковой. В политдонесении этот факт подробно описывается:
«Парнякова — 1925 года рождения, уроженка города Симферополя. В армии служит два года, все время в этой дивизии. До последнего времени была санинструктором стрелковой роты 175-го гвардейского стрелкового полка. Награждена медалью «За отвагу». На правой щеке — глубокий след касательного пулевого ранения. Корреспондентка задала ей несколько вопросов:
1. Фамилия, имя, отчество.
2. Откуда родом.
3. Год рождения.
4. Сколько служит в армии и в качестве кого.
5. Где ее отец, чем он занимается. (Парнякова ответила, что отец ее на фронте и является офицером Красной Армии.)
6. В составе делегации какой части она прибыла на встречу с американцами. (Парнякова ответила, что прибыла из санитарного учреждения.)
Затем на Парнякову надели автомат и сфотографировали».
Тогда, в апреле 1945 года, советское командование усмотрело в поведении американки и интересующих ее вопросах коварный умысел или стремление узнать «военную тайну». Оттого так негативно американка была воспринята советской стороной. Хотя сейчас мы, естественно, понимаем, что любознательность американки была вызвана лишь профессиональным журналистским интересом, погоней за сенсацией (а тогда любая информация из первых рук о Красной Армии на Западе была сенсацией).
Кульминацией серии контактов советских и американских войск на Эльбе стала встреча маршала И. Конева с американским генералом Брэдли:
