Млес поднял голову и всмотрелся в темнеющее небо, в котором набирали яркость звезды. Им предстояла еще одна нелегкая ночь, проведенная на камнях, от холода которых не спасали плащи, в страхе, что хищные твари где-то рядом. Млес не чувствовал, что его это сильно волнует. За неделю, проведенную в Лагонне, он привык к здешним опасностям, и он утешал себя мыслями о том, что очень скоро они выберутся отсюда.
«Клянусь, я больше никогда не приду сюда».
— Поскорее бы выбраться отсюда, — пробормотал Эриз, кутаясь в плащ, и Млес был ничуть не удивлен подобным заявлением.
— Скоро выберемся, — ответил Шигле. — Послезавтра мы доберемся до станции.
— До какой станции? — тупо переспросил арбалетчик.
— Где мы оставили раненных.
— А… Кревим, я уже и позабыл о ней.
— Ну и глядишь еще через пару дней доберемся до границы.
— Только если мы не будем сбавлять скорость движения, — заметил Римор, приобнявший Шиан. — Запасы провианта на исходе. Фланам тоже нужно что-то есть.
— Ну, быть может, наш старый друг-обходчик поможет нам с этим, — Шигле пожал плечами.
— Ладно, это все ерунда, — улыбаясь, тихо сказал Римор. — Думайте о хорошем, девочки и мальчики. Самое страшное, что могло с нами случиться в этой проклятой тайге, уже случилось. Нас ждет хороший гонорар за проделанную работу.
— Однако, как здорово нам досталось в этот раз, — задумчиво проговорил Рихгем, глядя на огонь.
Римор чуть подался вперед и повернул голову к старому вольнонаемнику, чтобы увидеть его лицо.
— Да. Нам крупно везло все это время, но все же Лагонн слишком опасное место для таких прогулок.
— Теперь убедились на собственной шкуре, — кивнул Рихгем.
— Жаль Иванта, — со вздохом сказал Млес. — Я давно знал его… И Тирала.
— Жаль, конечно, — согласился Рихгем. — Но я рад за них. И за остальных, кто остался там. Они отправились в Призрачный Чертог. Муки их навсегда закончились.
— Говоришь, как священник, — усмехнулась Энга.
— Ты позабыла, я ведь бывший жрец культа Праматери.
— Правда? — спросил Эриз, широко раскрывшимися глазами посмотрев на Рихгема.
— Да. Но это было давно.
— Ух ты! — тихо восхитился арбалетчик. — А я думал, что многое повидал… Но вот бывшего жреца Праматери в качестве волонтера вижу впервые.
— Многие склонны раскаиваться в своих поступках перед высшими силами, — усмехнулся Рихгем, наконец-то убирая флягу и запуская руку в свою походную сумку. — А некоторые поступают наоборот…
— Почему же ты стал волонтером? — с любопытством спросила Лаес.
— Не знаю. Возможно, работать обычным врачом в каком-нибудь захолустном городке было слишком скучно, — Рихгем достал уже знакомую коробку с тей-дзин. — Энга, как насчет партии?
— Ну уж нет.
— Млес?
— Ээ… Ты обыграешь меня в два счета.
— Ты даже не хочешь попытаться?
Шиан негромко пискнула и захихикала громче. Улыбающийся Римор поднялся на ноги, протянув ей руку.
— С вашего позволения, мы отойдем…
— Конечно, отойдите, — улыбаясь, проговорил Рихгем.
— Не теряйте нас, — пропел Римор, обвивая Шиан за талию и уводя ее в сторону в исполинских камней.
— Берите пример с Римора, — сказал Рихгем. — Вот кто не вешает нос ни при каких обстоятельствах.
— Хочешь сказать, что мы совсем раскисли? — усмехнулась Энга.
— Да, похоже на то. Ну же, Млес, — Рихгем встряхнул коробку и фигурки тей-дзин громко зашуршали внутри. — Мое предложение все еще в силе.
— Валяй, — согласился Млес. — Сыграем одну партию.
— О нет, не могу смотреть на это, — Энга поднялась с места.
— Куда ты? — спросил Рихгем, раскрывая коробку.
— Хочется перекусить.
— Хорошее дело, — Эриз так же поднялся на ноги. — Лаес, пошли, посмотрим, что там у нас в сумках вкусного осталось.
— Тогда и я с вами, — Шигле, услышавший про еду, теперь выглядел более заинтересованно.
Млес смотрел, как они идут к фланам, на боках которых крепились походные сумки с провиантом. Фланов теперь было больше, чем людей — звери, оставшиеся без своих всадников, которые погибли в церкви Сцеживающих, теперь сопровождались обратно. Фланы, провиант и те вещи, которые раньше принадлежали их товарищам, теперь могли пригодиться живым, и Млес, думая об этом, чувствовал себя неловко. Да, он понимал, что теплые вещи и еда мертвым не нужны, но внутри него что-то противилось брать то, что раньше принадлежало его друзьям. Это было нечто совершенно иное, чем забрать трофей в виде вонючего плаща.
— Чем займешься, когда мы вернемся обратно? — спросил Рихгем. Он уже сидел вполоборота к Млесу, с увлечением расставляя фигурки на игровой доске, пристроенной на камнях. Огонь костра заставлял отбрасывать длинные тени на клетки доски.
— Даже не знаю, — Млес развернулся к нему. — Наверное, после такого задания следует отдохнуть…
— Вернешься домой?
— М-м, нет, не думаю. Знаю, что буду отдыхать. Возможно, вернусь в Сингин.
— Не хочется домой? — расставляющий фигурки Рихгем исподлобья взглянул на Млеса, и тот кивнул.
— Меня там поджидает слишком много дурных воспоминаний. Еще рано. Как насчет тебя?
— Без малейшего представления.
— Такова жизнь вольнонаемника, дружище, — усмехнулся Млес. — Никогда не знаешь, куда тебя занесет, чем ты будешь заниматься.
