Понять, что собой представляют добровольческие части территориальной обороны, формируемые в соседней Днепропетровской области, хотелось давно. На выходных поехал из Донецка в Днепропетровск. Если ехать селами через Запорожскую область, препятствий не так уж и много – три-четыре блокпоста, укомплектованные сотрудниками ГАИ и спецназом с автоматами. Последний, уже в Днепропетровске, был с парнями в бронежилетах, но без оружия. Остановили нас сотрудники ГАИ, машину вежливо досматривали парни в бронежилетах. Компрометирующий факт был один, но существенный – донецкие номера. В багажнике особо не рылись – обязательный нынче для журналиста бронежилет за пакетами не обнаружили.
Так я познакомился с нижней ступенью днепропетровской самообороны – «Полком национального захисту». При общении с людьми в Днепропетровской ОГА стал понятен и принцип выстраивания силовой пирамиды. Добровольцы съезжаются в Днепропетровск – город, удобно расположенный и имеющий серьезную базу для обучения бойцов. Люди проходят отбор. Те, кто хотят служить в частях МВД и после окончания «войны» остаться в милиции, проходят все этапы отбора, обучение, тренировки с оружием и поступают в батальоны МВД со всеми вытекающими последствиями в виде зарплаты, формы и оружия. Тех, кто собирается отвоевать и вернуться к мирной жизни, отбирают в батальоны, подчиненные армии. Они подписывают контракты, принимают присягу, живут в казармах и тоже получают зарплаты и доплаты – но из специального благотворительного фонда.
Те, кто по здоровью, возрасту и иным причинам не подходят ни в милицию, ни в армию, идут в тот самый полк национальной защиты и в свободное от работы время дежурят на блокпостах. Тут оплаты нет, но есть понимание, что в случае военных действий эти люди составят костяк народного ополчения.
Мы с коллегами попали на одну из учебных баз местного милицейского университета. Во всяком случае, стенды с историей Днепропетровской средней школы милиции, созданной в начале шестидесятых годов прошлого века, говорили именно об этом.
Нам удалось пообщаться с заместителем командира батальона «Днепр-1» Владимиром Богонис. Он – типичный представитель нового призыва в милицию:
– Закончил юридический факультет Львовского университета. Юристом работать не получилось: у нас в стране важно было не знание законов, а связи с прокуратурой, судом и милицией. Поскольку у меня в семье никого оттуда не было, ушел в бизнес. Я еще в ноябре прошлого года возглавлял торговую сеть «Мобилочка» в шести областях Украины. У этой сети центр здесь, в Днепропетровске. Зарплату получал 36 000 гривен (4 тыс. долларов по тому курсу. –
–
– Мы здесь готовим милиционеров патрульной службы, и чтобы они были готовы к каким-то действиям, наверное, нужно много времени. У нас же здесь минимальный курс – 50 часов теории и около двух недель занятий на полигоне.
–
– Я не владею информацией по всем центрам подготовки. У нас прошла все курсы первая группа из 40 человек. И еще три группы по 40 человек сейчас на полигонах и теоретических занятиях. Берем исключительно добровольцев. Отсеиваются немногие. В первой группе было 42 человека – выпустили 40. Мы готовим новое лицо милиции – людей, к которым можно и не страшно будет обращаться.
–
– Милицию готовят для борьбы с преступниками. Но то, что сейчас происходит в городах Донецкой области, больше напоминает терроризм. И боевые действия. Наши люди к ним морально готовы. Вычислять и находить преступников им не придется: боевики открыто ходят по улицам с автоматами. Да, здесь готовятся люди для участия в АТО.
–
– Нет. Там был батальон территориальной обороны «Днепр». Это армейская структура. Они на казарменном положении, зачисляются в батальон через военкоматы и служат до окончания военных действий. Мы можем сегодня говорить о военных действиях, пусть они пока и не объявлены. По факту они есть.
–
– У них есть свои зарплаты, они объявлены: у солдата – 6000, у офицера – 10 000. В донецких подразделениях «Донецк-1», «Донецк-2» у солдат – 15 000 гривен, а офицеров у них пока нет.
–
