— Юра, — юноша, сидящий на камне, представился сам. Аэлло увидела вдали озабоченного Хоббо, несущего в кожаном ведёрке воду. Как показалось Аэлло, Хоббо бежал очень быстро, почему-то оглядываясь, и она чуть не прослезилась от того, что он спешит напоить её водой. Правда, через несколько мгновений она поняла, что Хоббо спешит не из-за заботы о ней, а потому, что у мома на хвосте крадётся какой-то зверь. Он очень искусно сливался с окружающей местностью, так что сразу его нельзя заметить, а его устрашающая пасть внушала Аэлло ужас.
— Не бойтесь, — воскликнул Зарро и позвал зверя по имени: — Ониус, иди ко мне!
Зверь повернул к Зарро морду, как будто ничего не случилось, и посмотрел на Хоббо, сказав глазами: «До свидания, завтрак!» Хоббо облегчённо вздохнул и подал воду Аэлло, которая чуть-чуть отхлебнула, чтобы отдать должное его героизму.
— Кто вы такие и куда идёте? — спросила Аэлло, разглядывая зверя, именуемого Ониус, который её обнюхивал. Решив, что Аэлло входит в ближайший круг друзей Зарро, он лизнул руку девушки. Зарро рассказал о том, что они убегают от войска Мануок, который захватил рудники многороссиян и двигается к рудникам дриддо. Аэлло удивлённо спросила:
— Вы имеете в виду герцога Мануок? — а когда получила утвердительный ответ, развела руками: — Так он же совсем юный. А кто такие «многороссияне» и «дриддо»?
Зарро вспомнил, что аборигены ничего не знают о наличии рудников и понял, что проговорился. Из неловкого положения их вывел Хоббо, который сообщил: — Я тебе не рассказывал, но рудники, действительно, есть.
Хобо не стал сообщать о том, что момы, роя свои туннели вблизи рудника, попросту воруют саритиум и другие сопутствующие металлы и продают в королевство Аморазон.
— Вы куда направляетесь? — спросила Аэлло.
— Мы идем в цирк Чахо, — сказал Зарро и добавил: — Хотел бы я знать, что там происходит?
— Я могу слетать и посмотреть, — предложил Чик.
— Буду вам очень признателен, — сказал Зарро, склонив голову перед Чиком, который сидел на ветке куста. Чик подождал, не скажет ещё кто-нибудь приятные вещи, но остальные невежи даже не муркнули, поэтому он взлетел в воздух и вскоре исчез. В сумке у предусмотрительного мома оказались грибы трутто и он предложил всем, предупреждая, что много их есть нельзя. Гриб поднял настроение, которое тут же испортил быстро вернувшийся Чик.
— Что это у вас? — спросил он и поклевал немного гриба трутто. Зарро терпеливо ожидал, когда он насытится. Наконец, не выдержал и спросил:
— Что там?
— Одни скелеты, — сказал Чик, продолжая клевать.
— Чик, ты объелся грибов, — предположила Аэлло, знающая о воздействии грибов на психику.
— Да нет, не объелся, — огорчённо возразил Зарро. Он понимал, что идти на рудник дриддо смерти подобно и в этой ситуации лучший вариант убраться подальше.
Вакко шагал вдоль берега, не глядя на дорогу, а в груди бушевала буря оскорблённых чувств и горечь от того, что его так унизили. Вакко обижало не то, что его использовали, а то, что Мави осмеяла и осквернила его светлое чувство к ней. Кокур, сидящий на правом плече, озабоченно посматривал на Вакко и, отважившись, произнёс:
— Лахудры мокрые!
Почему он назвал их именно мокрые, Кокур не мог объяснить, видимо, за любовь к воде. Вакко, молчавший до сих пор, вдруг разразился бранью:
— Не смей называть её лахудрой!
Кокур замолчал, а Вакко шагал вдоль берега Ронни вверх по течению, подальше от кузницы. Текущая рядом река напоминала Вакко о Мави, стоило ему бросить свой разъярённый взгляд на её волны. Следовало забыть о девушке, совсем не любящей кузнеца, чтобы создать в голове другое направление мыслей, но жгучая рана в сердце терзала душу, постоянно напоминая о Мави.
Неизвестно, сколько он прошёл, но, даже, Кокур устал подпрыгивать на плече и сильно обрадовался, увидев пристань, к которой причалило несколько весельных лодок, видимо, плывущих вниз по течению к Рузеру, столице королевства Аморазон.
Возле пристани ютилось непритязательное здание харчевни, крытой камышом, откуда доносились раздражающие запахи местной кухни. Вакко, остановившись, свернул туда, чтобы что-нибудь скушать и собраться с мыслями. Он сел за единственный длинный стол, поближе к выходу и заказал у сияющего улыбкой трактирщика кашу и пироги.
Чуть дальше от Вакко сидело несколько человек, видимо из лодки, которые возбуждённо обговаривали цены на металл в столице. Некоторых продавцов Вакко узнал и кивнул им головой, так как уже покупал у них металл. Слушая их разговор, Вакко подумал, что не мешало ему прикупить несколько кусков металла, чтобы в пути изготавливать для местных жителей металлическую утварь. Данная мысль ему понравилась, так как работа всегда его успокаивала, а, кроме того, требовалось зарабатывать на жизнь, несмотря на то, что жить без Мави не хотелось.
