Но в итоге я сдался. Потому что понял, что заблудился окончательно, когда вышел к нормальной такой пятиэтажке с чистенькой детской площадкой перед ней. Ибупрофен давно рассосался в желудке. И теперь рассасывался уже сам желудок, откровенно намекая, что я не ел со вчерашнего дня. Да и вчерашнее возлияние местного бренди вместо ужина — такое себе удовольствие. Ладно бы вкусный был, так нет же. Хуже молдавского коньяка.
Предыдущий хозяин этого тела, Хиро, не утруждал себя тренировками — ноги ныли и подкашивались, плечи ломило. Хотя блуждал я от силы час. Так что я воспользовался тем, что на площадке никого не было, и занял её сам, примостившись на ступеньке деревянной неокрашенной горки. Она, такой же неокрашенный деревянный навес от солнца, да абстрактная фигура из гнутого металла — всё, что было на этой самой площадке. Хотя сама площадка, засыпанная крупным кварцевым песком, утоптана основательно. Видимо, пользуется популярностью. Ну и заметно, что ухоженная: мусора нет, в навесе белеет свежая доска, живая изгородь подстрижена аккуратным квадратиком.
Порылся в покупках, достал местный дошик. Придётся по-студенчески, грызть его в сухомятку. Хорошо хоть воды с запасом купил.
Вот так я сидел, грыз брикет лапши с до слёз знакомым вкусом, запивал минералкой и таращился в синее небо. Голова наконец-то стала соображать, и я задумался, что делать дальше.
Не в плане того, как найти дом — поплутаю немного, и найду. В крайнем случае позвоню кому-нибудь. Брату, или тому же Ямаде — всё равно ему машину забирать, заодно и меня доведёт до дома.
Что делать дальше по жизни? Я, конечно, в Японии. Как известно, это та страна, где ничего не надо делать, и всё есть. Теоретически. А на практике, на практике… Хрен его знает. Посмотреть, что за синекуру мне подкинула семья Хиро, а там видно будет. Можно вообще всё бросить, и свалить назад, в Россию.
Один бич-пакет закончился, и я достал второй.
— Добрый день, дядя! — прозвенел сверху детский голос.
Ух! Я аж вздрогнул. Задрал голову, и увидел оседлавшего горку пацана лет пяти. Оглядевшись, заметил ещё двоих таких же дошкольников, разглядывающих меня из укрытия за живой изгородью.
— Привет.
— А ты якудза или бродяга? — спросил чибик, продемонстрировав дыру от выпавшего зуба.
— Я пришелец, — ответил я и запихнул в себя половину лапши. Знаю я таких любопытных. Поесть спокойно не дадут.
Пока я давился дошиком, пацан скатился с горки и подбежал ко мне вплотную. Пару секунд он меня разглядывал, а потом из него полились вопросы нескончаемым потоком:
— А почему ты не зелёный? Где твой бластер и суперкостюм? А рога и красные глаза? На чём ты прилетел на Землю? Покажи суперспособности?
Я снял солнечные очки и продемонстрировал мелкому неоспоримое доказательство принадлежности к инопланетной цивилизации. Спасибо вчерашней пьянке.
— Ооооо! — мелкий аж подпрыгнул и затараторил ещё быстрее:
— А с какой ты планеты? Или ты демон? А почему ты такой тощий? А у тебя всегда такая белая кожа? Я тоже такую хочу. Юки! Оцука! Идите сюда, он не якудза и не бродяга! Он пришелец!
Он замахал своим приятелям. Те, однако, совершенно разумно не торопились приближаться к незнакомому дядьке, так что моему новому знакомому пришлось бежать к ним и за руки тащить за собой на установление контакта.
Дети были… одинаковые. Мелкие, конопатые и круглолицые. Короче говоря, обычные дети. Даже одеты они были одинаково — в шорты с лямками и футболки, на которых только принты отличались. Даже панамки на головах были одинаково жёлтые.
— Я Таро, это Юки, а это Оцука, — предводитель банды даже сделал подобие поклона и затараторил дальше:
— Мы играли в ронинов, но сейчас будем отрядом рейнджеров! Ты будешь захватывать Землю, а мы тебя победим и прогоним. Понарошку прогоним, не бойся.
Вопроса о том, буду ли я участвовать в игре, Таро даже не ставил.
— А не боишься, что это я вас прогоню? — Я поднялся и раскинул руки в стороны. — У-у-у-у! Инопланетная атака!
Дети с визгом кинулись в рассыпную. А я сделал круг по площадке и забрался на горку.
— Земляне! Теперь эта площадка принадлежит пришельцам с планеты Москва! Сдавайтесь и несите мне дань!
Злодейский смех получился у меня особенно хорошо, я считаю. Теперь оставалось ждать ответного хода рейнджеров из детского сада. И они не заставили себя ждать.
— Ту-туруру! Рейнджеры идут в бой! Я красный!
Из-за кустов ограды выскочил Таро, с кривой палкой в руке и красном плаще, сделанном, похоже, из дождевика.
— Я жёлтый! — а это, кажется, Юки. Держался он храбро, но всё же чуть позади Таро. Плащ на его плечах был из полиэтиленового пакета.
— А я… невидимый! — бедняге Оцуке не досталось плаща, но он, похоже, был парень сообразительный.
— А вместе мы — отряд спасения Земли!
Я снова разразился злодейским смехом.
— Вам троим никогда не победить меня! Ведь у меня есть гиперщит!
Я заслонился пакетом с сине-зелёным логотипом “Фэмили маркета”.
— А у нас бластеры! — Таро взмахнул в воздухе палкой. — Рейнджеры! Формация тройной удар! Огонь! Пау-пау-пау!
Я пошатнулся и уронил пакет.
