От Надесико молчание. Даже непривычно. Надеюсь, что она просто отдыхает от всего пережитого. Или просто ещё не пришла в себя. Но внутренний Хиро заворочался, полез наружу иглами беспокойства. Вот же упрямое создание. С каждым днём становится всё сложнее держать его в узде.
Неожиданно написала Кавамори. Похвалила за блог, приказала наполнять его контентом регулярно. Даже если в подписчиках будет первое время только она. И больше селфи! Больше себяшек! Вперёд, хост Дзюнти, к успеху — своему и магазина антиквариата в Саппоро!
Заверил её, что всё будет. Но не сразу. Но селфи из шоколадницы всё же в блог выложил.
Нисида Юдзи написал. Переживал, куда я делся. И кратко упомянул о начавшейся войне между кланом Такуми и отморозками-молодёжью без кланов. Успокоил меня, что увольнять за прогул никто меня не станет, чтобы если что я просто предупредил бригадира о своём выходе в смену.
Ответил ему, что я в порядке. И что всё расскажу при личной встрече. Попросил успокоить господина Яму.
Всё остальное — спам и реклама. Вызвал такси, и поехал в госпиталь красного креста, выяснять, что там с господином Ёсидой и Надесико.
Здесь, в Йокогаме, народу на улицах было куда меньше, чем в Кабуки-тё. Даже с учётом того, что золотая неделя закончилась, и добропорядочные японцы вернулись на свои рабочие места. Но вот больницы, такое чувство, во всём мире одинаковые. Госпиталь красного креста Йокогамы не был исключением — людей в нём хватало. И больных, и врачей, и медсестёр. И даже десяток ребят в рабочей форме, приводивших в порядок входную группу.
Мицубиси господина Ёсиды уже убрали. О вчерашнем моём лихачестве напоминали только разбитые ступеньки и затянутые полиэтиленовой плёнкой двери, возле которых и копошились рабочие. Я прошёл мимо них к регистратуре, и спросил у хорошенькой медсестрички, где я могу найти вчерашних пациентов.
Или хотя бы узнать их состояние. Морально я был готов к любому исходу, но сердце всё равно колотилось как сумасшедшее, пока миниатюрная девушка проверяла записи в компьютере.
Ранго выжил. Что само по себе было маленьким чудом — крови из него вылилось прилично. Он всё ещё был в реанимации, и состояние у него было отмечено как тяжёлое. А вот Надесико ещё вчера перевели в отдельную палату. И посетителей к ней не допускали. Не допускали настолько, что у входа сидел целый полицейский.
Меня, впрочем, из госпиталя просто так не отпустили. Пока я проверял надёжность охраны палаты Надесико, к регистратуре подтянулась целая делегация из управляющего госпиталем, юриста, завхоза и двух охранников. С поклонами и извинениями они все пригласили меня в переговорную (чего только в больницах нет), где опять же с извинениями вручили счёт за ремонт.
Сумма в счёте поразила меня до глубины души. Я даже не смог удержаться от возгласа:
— Уважаемые господа, вы, наверное, ошиблись. Я не собираюсь покупать ваш госпиталь целиком!
Над шуткой посмеялись, конечно. И в течение следующих двадцати минут завхоз с непрестанными извинениями объяснял мне, почему ремонт вышел в цену не самого плохого дома, обосновывая каждую строчку. Срочность работы, сверхурочные выплаты, оперативность доставки материалов, сами материалы и так далее. Даже эвакуация машины, и та обошлась недёшево. А юрист добавил, что если я не соглашусь подписать соглашение о выплатах сейчас, то к этому счёту присоединятся ещё и судебные расходы. И добрые полицейские прямо отсюда заберут меня обратно в КПЗ, из которого выпустили по просьбе уважаемого директора госпиталя. Короче, надавили на меня добрые люди в костюмах за сотни тысяч мощно. Я так в полицейском участке не стрессовал. Но после недолгих переговоров мы смогли прийти к компромиссу. Я на месте перевёл госпиталю десять процентов оплаты ущерба (все заработанные мной в “Павлине” йены отдал!), и подписал соглашение о рассрочке выплат на год, с возможностью отсрочки не более чем на полгода.
Не стал, короче, сопротивляться. Я ведь и правда вход разнёс, и чуть кого-то не задавил. По крайней мере в тюрьму меня за это не отправят. Не удивительно, что госпиталь за меня словечко замолвил в полиции: с тюремной зарплаты я бы этот ущерб до конца жизни не выплатил. А так госпиталь сделал ремонт за мой счёт. Ещё и на откатах наверняка эта троица подняла бабок.
Остаётся надеяться, что Люсиль справилась с кризисом. И поможет мне с выплатой долга.
Очень хотелось поехать на тот склад с мусором, и убедиться, что трупы убрали. Но в моей ситуации это было самое худшее, что я мог сделать. Поэтому я переборол дебильное желание вернуться на место преступления, и поехал домой. Подземка с одной пересадкой — и через полчаса я был уже в своей квартире.
Приготовил на скорую руку еды, сел перед телевизором, пощёлкал каналы в поисках новостей. Просидел так час, потом плюнул, и выключил бесполезный ящик. В новостях про войну кланов якудзы ничего не сказали. Да что там, не показали даже то, как я в госпиталь въехал. Самой важной новостью дня оказались выборы в муниципалитет Канагавы, и рождение котёнка манула в зоопарке Насу.
