Я поразвлекал Химе до следующего выноса пирамиды с шампанским. А потом меня технично убрали от источника дохода семпаи, отправив разносить бокалы из пирамиды другим гостьям в качестве подарка. Я спорить не стал, и остаток вечера был на ролях “подай-принеси”. Но бирочку со своей бутылки коньяка всё же забрать успел.
Вообще, тут действовала своя система подсчёта потраченного на хоста гостьей бабла. Счёт с таких эпичных событий, как вынос той же пирамиды, или исполнение хором хостов песни-поздравления делился на всю команду. А вот покупка тех же бутылок, или персональное закрепление хоста за гостьей шло в зачёт этому хосту. И чтобы не было потом взаимных претензий, на горлышко каждой вынесенной в зал бутылки надевалась этакая медаль-бирка, которые в конце вечера хост (зачастую вместе с нераспечатанными бутылками) сдавал обратно для подсчёта его личного взноса в общую прибыль.
Система не без изъянов, но в большинстве клубов работали так. В “Золотом павлине”, однако, вместо такой “бирочной” системы прибыль делил на всех лично господин Яма. И я не помню, чтобы кто-то был распределением недоволен.
Так что, когда после смены я отдал свою бирку, я заслужил уважительный кивок господина Родзина. И несколько недовольных взглядов коллег. Что им не нравится? Некоторые насобирали этих бирок целые гроздья.
После закрытия клуба и последней песни последней гостье (которую исполнил лично Роланд, прикативший незадолго до закрытия клуба со съёмок в модельном агентстве) наш бригадир даже никакой речи не толкнул. Просто отправил хостов на помощь работникам в зал: прибираться под командованием второго бригадира, госпожи Эбоси. Женщина оказалась с железной хваткой: она была сразу везде и всюду, и гоняла нас по всему “Дракону”, пока тот не заблестел как новенький.
После такой физнагрузки я уже был не в силах кому-то что-то предъявлять, и молча умотал домой, даже не заходя в гардеробную: отработал я сегодня весь вечер в своей одежде, которую купил вчера у храма Мейдзи. Даже не накрашенный, и без модной укладки на голове.
На следующий день со мной попытались провернуть ещё пару шуток в стиле “получи торт в лицо, пусть гостьи посмеются над тем, какой ты неуклюжий”. За счёт наблюдательности Хиро и небольшой удачи я увернулся оба раза. (Первый раз опять подножка, второй — толчок в спину), за что в перерыве семпаи предъявили мне претензии. Типа, я неправ, и должен изображать из себя клоуна, раз самый молодой здесь. Извинился за свою неуклюжесть, и обещал приложить все усилия, чтобы гостьям у нас было весело. Надеюсь, семпаи поняли это так, что я не буду больше уклоняться от их деревенских приколов. Потому что как раз этого я обещать не стал.
Активнее всего наседал на меня паренёк по имени Ивасики. Чувствовалось, что до моего появления клоуном назначили его. Извини, приятель, я не собираюсь участвовать в ваших милых играх в дедовщину. Мне их в прошлой жизни хватило.
Так что я продолжил тактику “неуклюжего кохая”, портя розыгрыши семпаям, и каждый раз разыгрывая театральное раскаяние за свою “невнимательность”. Ещё через полдюжины инцидентов даже самые твердолобые коллеги поняли, что от меня толку как от козла молока, и переключились обратно на Ивасики. Мне его было бы жаль, если бы он с каким-то безумным упорством не стал устраивать мне подлянки уже не ради того, чтобы развеселить клиенток. А чтобы сорвать на мне злобу. Как так, кохай обошёл его в очереди, надо его на место поставить. Пришлось жаловаться на него бригадиру. Хотя санкций от господина Родзина я не увидел, подлянки Ивасики резко сбавили темп. Хотя он и не отказался от них совсем. Странный молодой человек. Третируют его семпаи, а мстит за это он почему-то мне.
Короче говоря, завести приятелей в “Драконе” у меня не вышло. Хотя и жалеть о том, что перешёл сюда, я не стал: платили тут и правда гораздо больше. А из разговоров с парнями “Золотого павлина” я понял, что ушёл вовремя: новый управляющий, господин Наритацу, закручивал гайки с удвоенным старанием, назначая штрафы и снимая премии за малейшую провинность. Хосты потихоньку стали разбегаться, на их место набирали новых. Клиенток стало из-за этого меньше, доход упал, из-за чего управляющий ещё сильнее ужесточил правила. Если господина Наритацу никто не остановит вовремя, “Золотой павлин” закончится быстрее, чем я расплачусь с госпиталем красного креста.
Больше никаких интересных событий в эти дни не происходило. Я работал, ел, спал, фоткался для блога, писал Алисе, брату Рю, неугомонной Кавамори, друзьям из “Павлина” и новым подружкам-клиенткам из “Дракона”. Навещал тётю Маи, и попробовал наконец-то её жареный удон. Вкусно, особенно с саке и маринованными ростками бобов. Дни пролетали стремительно, я не заметил, как половина мая закончилась.
