Последний раз я видела эту улыбку, когда мы с ним танцевали прощальный танец после восьмого класса. Не по моей воле. Наши мамы вызвались помогать на празднике и, наблюдая одним глазом за пуншем, вместе придумали застыдить нас на всю школу. Я неловко топталась у стены с друзьями, вдруг миссис Джун начала активно жестикулировать в мою сторону, а мама – смотреть на меня. Затем ко мне, волоча ноги, подошел красный как помидор Ян.
– Потанцуем? – спросил он, покусывая губу, не решаясь взглянуть в глаза. Вне всяких сомнений, ему о-о-о-очень не хотелось меня приглашать. Но меня это лишь подстегнуло. Черт побери, танец со мной должен ему понравиться. Что удивительно, вызвать его улыбку не потребовало много времени и усилий.
Как это было? Улыбка № 4. Губы в пяти сантиметрах от моего лица подпевают песне
Кидаю осторожный взгляд на Рио, который поглаживает воображаемую бородку.
– «Правда», – выбирает Ян, вскинув средний палец.
Рио расплывается в злодейской улыбке.
– Бесподобно. Что ж, мне не терпится узнать, почему ты ни с кем не встречаешься с тех пор, как расстался с Эрин Хэтчет в первый год старшей школы.
– Никому это не интересно, – морщится Ян, потирая нос.
Ему тут же возражает хор «нам интересно»; любопытные голоса отказываются спускать его с крючка.
После стольких лет дружбы и вражды я знаю, что тон Яна выдает его в первую очередь. Пусть я чуть было не довела его на статистике, да еще и так дерзко, но в эту минуту я вижу, что ему некомфортно на минус десять.
Как и мне. Живот стягивает, я неловко ежусь, желая, чтобы мы с ним вернулись к тому, на чем когда-то остановились.
Сходили бы за замороженным йогуртом на набережную или за бабл-ти в «Колд-брю бро» рядом со «Святыми гогоги»…
Рио не отступает:
– Ладно, другой вопрос. Есть ли здесь, на этой вечеринке, кто-то, кто тебе нравится? – Он произносит это так, будто уже знает ответ.
– Если я отвечу «да», ты сменишь тему? – злится Ян.
Рио соглашается, но остальные – не факт. Когда Ян в свою очередь выбирает девушку из нашей параллели и задает ей щадящий вопрос, она, ответив, не упускает шанса снова вернуться к горячей теме.
– Ее имя начинается с «Э»? – с хитрецой спрашивает она.
– Какой тонкий намек, Эбби, – шепчет Кейти слишком громко.
– Нет, – отвечает Ян. К несчастью для него, образ крутого парня ползет трещинами, как и голос, и этого всем хватает, чтобы продолжить экзекуцию.
Мне его не жалко. Наконец-то всеобщее внимание приковано к кому-то, кроме меня.
Каждый в игре возвращает ему вопрос, одноклассники все дальше продвигаются по алфавиту. Но уже на букве «В» Ян понял, чего они добиваются. На «Е» его раздражение переходит в неприязнь, которую он неплохо скрывает, хотя изо всех сил старается выглядеть как ни в чем не бывало.
Он смотрит на меня и закусывает губу.
Теперь уже я жалею его, но заставляю сердце твердеть, как у метапода[17]. Забавно, что из всех моих друзей только он понял бы отсылку – моим лунным девчонкам покемоны абсолютно до лампочки.
Подношу ко рту забытый стакан и делаю глоток вишневой колы, но почти не ощущаю любимого вкуса. Даже когда кола заканчивается, а язык пощипывает, держу стакан у рта, чтобы делать вид, будто мне не интересно происходящее.
Разумеется, некоторым девушкам нравится его взгляд – будто ты единственная в комнате, но меня аж передергивает. Когда он устремлен на меня – это как оказаться на лодке в шторм без весел и парусов и без знаний морской навигации. Однако в последнее время я ловлю этот взгляд все чаще. Наверное, дело в том, что скоро конец учебного года, и Джун понимает, что у него всего неделя, чтобы меня достать.
Я надеялась, что всем уже наскучит, когда мы доберемся до «З», но мазохистский задор участвующих в игре, кажется, сильнее даже моего. Ян все еще старается выглядеть безмятежным, но на деле сидит, сцепив руки так сильно, что они начинают дрожать. В какой-то момент он встает под предлогом взять еще выпить, но и пары шагов не прошел – кто-то потянул его за руку, и он оказался напротив меня.
Понятия не имею, почему он еще не вышел из игры. Она больше не веселая, хотя и раньше не то чтобы была.
И что Ян пытается доказать?
– Выдавливать ответ методом исключения жестоко, – шепчет Вэл, когда буква «И» тоже терпит провал.
– Не стоило мне… – говорит Рио вполголоса. И кричит: – Эй! Давайте остановимся, ладно?
– Он должен кого-то назвать, – возражает Эбби. – Если только не трусит.
Я больше не могу.
– Вэл и Рио правы. Это за гранью абсурда. А дальше что, «бутылочка»?
– Да, неплохая мысль, кстати, – говорит одна девчонка. – Мы закончим, если ты, – ухмыляясь, она указывает на меня, – поцелуешь его.
Я закатываю глаза.
– Ну да, конечно.
– А что? – продолжает она. – Разве не он так завел тебя, что ты сиганула через парту? Не говори, что между вами ничего нет.
– О да, есть. Три года вражды, вот что, – отбиваюсь я.