Римма открыла холодильник и окинула его содержимое придирчивым взором. «Антистрессовку» абы чем закусывать не полагалось. По мнению тетки, лучше всего к ней шла икра, пусть и селедочная, главное, чтоб засол был хорошим. Капуста квашеная тоже подходила. И маринованные маслята. Но ничего из вышеперечисленного в холодильнике, судя по всему, не оказалось. Поэтому к столу была подана свиная колбаса «Черизо» – Римме одна из клиенток привезла ее из Испании, зная, как та любит пряные мясные деликатесы.
Тетка разлила настойку, они подняли стопки и, чокнувшись, выпили. Тосты при питье «Антистрессовки» были лишними.
Бородина отпустили сразу после допроса у следователя! Спасибо за это адвокату. Дав подписку о невыезде, Викентий отправился домой, хотя сначала собирался вернуться в клинику. Но у него снова затряслись руки. Перенервничал!
Сейчас, в десять утра следующего дня, он чувствовал себя прекрасно. Даже кошмарные сны, что преследовали его всю ночь, не отразились на физическом состоянии. Бородин пробежал на тренажере четыре километра, после этого душ и легкий завтрак Зазвонил телефон. Бородин не без опаски посмотрел на экран…
Аросев!
Викентий колебался. Говорить с другом (бывшим или настоящим, пока не решил) не хотелось. И все же он ответил на звонок.
– Дома? – спросил тот, услышав «алло». Даже «здрасьте» не сказал.
– Пока да.
– Я буду у тебя через три минуты.
И отключился.
Бородин поменял банный халат на костюм. Через полчаса ему нужно отправляться на работу, а неизвестно, как долго задержится у него Аросев. Викентий не успел повязать галстук, как тот позвонил в домофон.
– Привет, – буркнул он, когда хозяин дома распахнул перед ним дверь.
– Здравствуй.
– Кофе нальешь?
– Проходи в кухню.
Выглядел Аросев паршиво. Бородин подумал бы, что вчера он бухал, да знал, что алкоголь – это не его тема.
– Я должен попросить у тебя прощения, – хрипло проговорил Аросев, после чего схватил стакан, налил в него воды прямо из-под крана и выпил. – И все объяснить…
– Объясни.
Бородин включил кофеварку – сам он пил за завтраком чай – и сел напротив друга (бывшего или настоящего, совсем скоро решится).
– Я заложил тебя, и ты наверняка уже это знаешь.
– Точно. И не от тебя, что особенно неприятно.
– Мне было стыдно признаваться в этом. Надеялся, что ты не узнаешь, от кого именно до полицейских дошла инфа. Я просил не разглашать.
– Как ты жалок, Аросев! – психанул Викентий.
– Знаю. Меня тошнит от самого себя.
– Поэтому у тебя такой вид?
– Нет, вид у меня такой, потому что я с бодуна. Но давай сейчас об этом не будем. Я пришел каяться. Не перебивай меня. Только сначала налей кофе.
– К нему надо что-нибудь?
– Сок, если есть. Нет, лучше воду с лимоном. Много!
– Аспирин?
– Пил уже.
Бородин подал другу (бывшему – определенно) все, о чем он просил. И кофе, и сок, и воду. Если Аросев с бодуна, ему очень плохо. И пить он будет литр за литром.
– Я врал тебе, – начал Аросев, глотнув кофе. – Очень много врал. Особенно в последнее время, хотя больше недоговаривал… Но и врал! – Еще один глоток. – Когда мы с тобой встречались в парке и ты мне рассказал про Красотулю, я сделал вид, что ее не знаю. Но это не так.
– Нет?
– Я тот, кто сделал ей лицо.
– Скулы и подбородок? – Лев кивнул. Бородин не мог его не похвалить: – Отличная работа.
– Спасибо. Я сам был доволен результатом. Как и она.
– Постой… – Викентий задумался. – Но почему полицейские этого не выяснили и не приперли тебя к стенке?
– Я работал нелегально. Ты сам знаешь, в Москве, да и не только, существуют подпольные клиники. Мне нужны были деньги на кокс, и я брал «шабашку». Сотрудничал с одной теневой больничкой.
– Зачем девушке понадобилось обращаться в сомнительную клинику, если папа ей давал достаточно денег, чтобы оплатить услуги ведущего специалиста?
– Ей еще не исполнилось восемнадцати, за нее никто не брался. Велели ждать. А она не хотела. – Аросев залпом выпил стакан воды. Налил себе еще. – И теперь главное признание, но не последнее. Я был тайным любовником Красотули.
– Так это она насчет тебя со мной советовалась? Черт, как же я не догадался сразу? Она была в курсе нашей дружбы, вот и припахала меня в качестве личного консультанта. Я ж тебя отлично знаю!
– А я недоумевал, как она угадывает мои вкусы и желания. А это ты помогал ей… – Лев набрал полные легкие воздуха и, выдохнув, выпалил: – Но это не все! Теперь последнее…
– О боже, – простонал Бородин.
– Я и Виолу знаю.
– Да, я в курсе. Ведь именно ты ее мне направил.
– Что я сказал тебе? Почему не могу прооперировать ее сам?
– Сказал, что случай сложный, а ты еще недостаточно восстановился после реабилитации…
– Я обманул тебя. Дело было не в этом. Когда-то у нас с Виолой был секс. Я трахал ее, Бородин! И платил ей бабки!
– Она что, была проституткой?
– Нет. Она была несчастной уродливой девочкой, желающей заработать на пластику. Я – похотливым козлом, готовым заплатить за экзотический секс. В свое оправдание могу сказать лишь то, что всему виной наркотики. Сейчас меня не тянет на женщин с отклонениями. Но тогда…
