На следующий день родители уехали. В целом всё было более-менее. Мелкие вели себя относительно вменяемо, готовиться к экзаменам тоже в принципе получалось.
Дашу уложили часам к десяти, а через полчаса Паша тоже пошёл. После этого Маша почувствовала, что устала, и последовала за ними в царство Морфея.
Через несколько часов она проснулась. Вот на соседнем диване лежит Даша, дрыхнет. Хорошо. Очень хорошо.
Кто-то пришёл. Входную дверь открыли.
«Вернулись,» — решила сонная Маша. Самое время снова заснуть. Но нет.
Пришёл только один. И это не мама и не папа. Звук шагов не тот.
Вот теперь Маша проснулась, взяла горшок с цветком, ибо больше под руку ничего не подвернулось, и пошла проверять. Она не могла позволить кому-то тут шастать. Здесь её брат и сестра, и она не позволит этому уроду что-то с ними сделать.
Из комнаты Паши начало доносится странное бормотание. Но что это за язык?
Она ускорилась, подошла к комнате, открыла дверь, включила свет и замерла. Кровать Паши пуста, а после включения света в воздух поднялось скопление каких-то насекомых. Похоже, мухи.
Их стая пронеслась мимо Маши, а затем на кухне раздался скрежет. Она пошла туда.
Пусто. Только мухи.
Маша положила горшок, взяла самый большой нож и поспешила к Даше.
А в коридоре перед кухней висело зеркало. И в нём Маша увидела какую-то расплывчатую тёмную фигуру, окутанную мухами.
Быстро развернулась, осмотрелась. Пусто.
А в зеркале оно есть. До сих пор.
Зеркало упало и разбилось.
Маша закричала и побежала к сестре.
Свет во всём доме выключился.
Маша подбежала к сестре, сдёрнула с неё одеяло и почувствовала укус. Укус змеи. Включился свет. Это жёлто-чёрная Красавица. Глаза прям как в миг её злости в террариуме.
Маша чувствовала, что ей в кровь обильно впрыскивают яд. В конце концов кобра отпустила её.
Дыхание перехватило, по телу пошли судороги. Маша упала и увидела дверь. В ней стоит опутанное мухами чудовище. Его было трудно рассмотреть, его очертания плыли. Но, что она точно увидела, — две сияющие фиолетовым точки на голове. Это конец. Маша почувствовала смерть.
Она проснулась. Она жива. Сейчас утро. Она в своей кровати. А где мелкие?
— ОТДАЙ!
Это Даша.
— Не дам!
А это Паша.
— Тише, папу разбудите!
О, это мама. Похоже, папа вчера очень устал и теперь впал в спячку. Хорошо, очень хорошо.
Вот горшок с цветком. Плохой сон, но такой запоминающийся. А самое худшее — она, наверно, не скоро забудет Красавицу и того окутанного мухами монстра. Они ещё вполне могут вернуться в её кошмары.
Маша встала и первым делом решила заправить постель. И пока она это делала, вдруг решила проверить место укуса. Там, где зубы Красавицы пронзили её, теперь были две новых родинки.
Ещё один провал.
Но скоро ему повезёт. Будет и на его улице праздник.
Не нужны им серпентологи… Нужны! Ещё как!
Он с детства хотел работать со змеями, изучать их, но никто не хочет ему дать такую работу.
«Мест нет» или «Не нуждаемся». Тьфу на них!
Лев Артёмович Ченгарь найдёт тех, кому он нужен!
И скоро нашёл. Даже наоборот…
В очередной ничем не примечательный день он получил письмо от какой-то компании под названием «NOMED». Его приглашали на собеседование.
Сначала он обрадовался этому, но потом его начали терзать сомнения. Но, как бы то ни было, сходить было надо.
Собеседование прошло в небольшой конторке, представлявшей из себя жалкое зрелище. Мебель старая и расшатанная, обои дранные, штукатурка обсыпается.
Представитель компании был скуп на слова и почти не выказывал никаких эмоций. Во время разговора он периодически смотрел в телефон, заглядывал в какие-то бумаги, а иногда просто смотрел в стену.
Как бы то ни было, собеседование прошло достаточно успешно. К работе они предлагали приступить прям сразу. Причём «в полевых» условиях, а именно в южной Азии. Интересное предложение на самом деле. Интересное и странное. Но он согласен.
Через пару дней он упаковал свои вещи и пошёл на железнодорожную станцию. Там его встретили несколько сотрудников компании, которые будут его сопровождать в этой экспедиции.
Вот так он и покинул свой родной по месту рождения, но не родной душевно Красноярск. В какой-то, не очень большой и не очень маленькой, степени ему было приятно от этого факта.
Поезд повёз их на Дальний Восток. Там они сели на корабль, идущий в Индию.
Там он изучал в естественной среде обитания крайтов, кобр, эф, гадюк и других змей. «NOMED» хотели, чтобы Ченгарь изучал их повадки. Это, конечно, странно, но серпентолог был на это готов. Ему даже это понравилось. Он наблюдал за ними, иногда как-то взаимодействовал с ними, и всё записывал в отчёты. Так и началась его карьера в «NOMED».
За последующие три года он объездил весь мир, изучая гюрз, мамб, тайпанов, кобр, гадюк, питонов, анаконд и других аспидов. Все поездки и содержание серпентолога полностью оплачивала «NOMED». Зарплата у серпентолога также была на уровне.
