— Мне угрожали. Ты бы меня не прикрыл. Что мне было делать?
— Разве ты не знаешь инструкций? Брать "чистый" телефон и звонить в девятый отдел на горячую линию для сотрудников.
— А если там у них свои люди? Система бы меня не защитила.
— Ты не глупая женщина, Татьяна. Ты знаешь чины и фамилии руководителей в Москве. Легко могла пробить мою крышу и обратиться напрямую.
— Я испугалась…
— Как женщину — понимаю. Как сотрудника — нет.
— Ну и отнесись как к женщине! Я же не сделала ничего… А теперь меня под такие статьи упаковывают, что хоть следом за Анастасией твоей в петлю лезь!
Меня дергает, в глазах темнеет. Опять накатывает тем ужасом, когда я совершенно беспомощно пытался повлиять на ситуацию с Настей. Мгновенно решаю позвонить ей сразу после церемонии. Просто позвонить… и… сказать, что я рядом. И если что-то будет нужно, то…
— Сергей… — умоляюще.
— Дай мне капитана.
— Да, товарищ майор.
— Что там по ней?
— Сошка мелкая. В основном — исполнение незначительных распоряжений вслепую. Никаких левых переводов на счета. Крупных покупок. Так… в рамках должности пользовали. Но за "соучастие" от трех до семи можно раскатать.
— Ладно… Выведи её. Пусть фигурирует как свидетель. Но с таким личным делом, чтобы больше ей никогда ни одна должность не грозила. Волчий билет.
Хочет быть женщиной в этой истории — пусть. Черт с ней.
— Ясно. Сделаем.
Мне становится немного легче внутри. Хватит мне умирающих из-за меня женщин. А Насте обязательно позвоню. Немного наберусь энергии у своих и…
Решительно иду ко входу в одну из церковных построек с высоким куполом, где проходит венчание. Все мои уже парами. Ждут батюшку.
— Добрый день, — улыбаюсь я. Чувствую — вынуждено. Пожимаю руки мужчинам, девочки, обнимая целуют в щеки. Я плаваю в их свежих, сладких запахах, вспоминая Настин. Пальцы тонут в белых пушистых шубках. Мои челюсти сводит.
Не завидовать! — одергиваю я себя. Братьям завидовать нельзя. Каждый из них свою заслужил! Надо найти силы радоваться за близких. Но сил очень мало. Подубило меня последнее дело.
Девушки тревожно переглядываются. Виктор о чем-то говорит с батюшкой. Он здесь ради Эвы. Для неё это важно.
— Пора? — хмуро смотрит на часы Андрей.
— Давайте еще полчасика потянем, — переворачивая руку Ивана смотрит на его часы Яра.
— Может, перенесём?… — вздыхает Варя.
— А что случилось? — всматриваюсь в их не слишком-то радостные лица.
— Да ничего…
— Зачем переносить? — недоумеваю я.
— Ладно, — подходит дядька, протягивая руку Эве. — Начинаем. Мне через час надо быть у генерала.
Пары под руку одна за другой заходят в церковь. И девочки, словно запрограммированные, перешагивая порог, каждая оборачивается на меня.
— Пойдём, София? — тяну руку маленькой дочери Эвы.
Отрицательно качает головой.
— Я к бабушке… — расправляется она свое длинное пышное платьице. — Погуляю.
— Ну, беги, — вздыхаю я.
Набрав в грудь побольше воздуха, делаю пару шагов внутрь, чувствуя, как мои пальцы кто-то ловит, чуть меня притормаживая.
Мне приходит мысль, что вернулась маленькая Софийка. И я оборачиваюсь, встречаясь глазами…
— Ты!… - застывает воздух в моих лёгких. Растерянно веду взглядом по длинной белой юбке вниз упираясь взглядом в белые носочки сапожек. И ничего не соображая шокированно поднимаю взгляд на её лицо. Тревожно и неуверенно она ловит мой взгляд, съеживаясь от холода в своём тоненьком светлом плаще.
Подрагивающими пальцами дергаю молнию вниз, срывая с себя куртку. Накидываю ей на плечи. И молча вжимаю её в себя, зажмуриваясь и вдыхая так необходимый мне запах. Руки рефлекторно сжимаю податливое тело, пытаясь убедиться, что это не сон, а реальность.
— Настя… — шепчу я, не находя слов.
Сжимая бережно в ладонях её лицо, ничего не соображая ловлю ее губы. Все словно отключается вокруг!
— Серёжа… — поднимает лицо, целуя меня в уголок губ. — Ты что… в церкви мы…
— А?…
— Нельзя здесь!…
Ложится лицом на моё плечо. Всё колотится у меня внутри от переизбытка чувств к ней!
— Замёрзнешь, — гладит по спине. Через рубашку чувствую её холодные ладошки.
— Замерзну? Да я сгорю сейчас к чер… — закрывает мой рот ладонью.
Ах, да… нельзя ругаться! Церковь.
"Церковь!" — вдруг доходит до меня.
Белое ее платье и загадочные мои невестки вдруг складываются в целостную картинку. Привезли мне невесту, лисицы!
И я нервно смеюсь, утыкаясь своим лбом в Настин.
— Ты не права, — шепчу я ей. — Тебе очень идет белый. Очень!! Пойдём скорее… Там некомплект без нас.
Тяну её внутрь. Скидываю с нее свою куртку, плащ. Пары обходят алтарь. Взяв за руку тяну к ним. Мы пристраиваемся последними.
Батюшка прерывается на полуслове…
— Я не могу четвёртую пару венчать.
— Почему? — в тоне Виктора сквозит командный тон, не терпящий возражений. Хотя он еще ничего не приказал.
Верующий из него так себе! Церемонию и так должны были упростили максимально под его давлением. Свидетелей убрали, "короны", которые они должны держать соответственно тоже.
— Есть правила проведения церемонии венчания, — проникновенно объясняет батюшка. — Записываться на венчание нужно заранее.
— Может, не в этот раз? — смущённо шепчет Настя.
