Он помнит, как четыре часа назад позволил ей принять душ, а затем выставил за дверь. Он сказал ей проваливать и забыть дорогу к его дому. Эллисон молча ушла. Она была так расстеряна, так напугана, так бессильна, а он так равнодушно прогнал ее. И все же битый час он ее ждал. Смотрел в выключенный экран, а был сосредоточен на двери. Которую Арджент еще не скоро откроет, если вообще откроет. Он все надеялся, что она придет. Но она не пришла. Он считал, что это нормально, что через неделю он явится в Мечту и все будет так же, будто этого дня и не было. Но он вошел в двери захудалого кафе и увидел, что Арджент тут не было. Место опустело, это Стайлз ощутил сразу же. Скотт не улыбался, как было всегда, кажется, он был огорчен.
— Чего мрачный такой?
Совсем беззаботным голосом спросил Стайлз и ухмыльнулся, подставляя стакан, получая порцию привычного алкоголя.
— Эллисон уволилась, и тут стало слишком… пусто что ли.
— Уволилась? — удивился Стилински, на секунду замер. Конечно, ведь произошедшое потрясло безэмоционального Стайлза, а как это задело девушку… и почему он об этом не подумал? Почему подумал только о себе и своем желании?
— Прибыль упала, мы потеряли посетителей. Лидия сказала, что Эллисон совсем разбита. Ты бы заглянул к ней, может она почувствует себя лучше.
— Я? — Засмеялся он и понял, что выдал, что ему далеко не плевать. Точнее, он сам не знал что происходит. Сердце спокйно, угнетающие мысли отсутствуют, но что-то все равно тревожит. Какой-то маленький лучик пытается пробиться сквозь гущу тьмы, где-то в его груди. Но он блокирует. Он не позволяет себе показать чувства. Он — безэмоциональная кукла…
— Я не пойду к ней. Мне все равно.
— Я тебе не верю.
— Я тебя и не просил.
— Слушай, может тебе и не важно, зато важно мне. — Скотт посмотрел в глаза друга. — Что тогда произошло?
Вот тот вопрос, МакКол попал в точку. Сколько раз он пытался достучаться до человечности друга, но это первый раз, когда он ударил прямо в сердце. Стайлз раздраженно посмотрел на друга.
— Я бы не хотел делиться.
— Тебе ведь все равно. Или нет?
Признать, что тебе не плевать, что тебя это волнует, что тебя это задело? Нет! Ни за что на свете! Гордость не позволит поступить так, признать поражение.
— Джексон мудак. Он обидел ее. Он использовал тот же метод, что использовал я.
— Он ее… — Скотт прикрыл лицо рукой. Не было нужды произносить это слово. Размышлять об этом гораздо проще, читать и смотреть тоже. А вот когда об этом заходит разговор, да еще если жертва — один из самых дорогих тебе людей… Это невозможно — сказать это.
— Я должен сказать Лидии…
— Ты думаешь, что Эллисон еще не рассказала? Да и вообще, это их дело. Если Эллисон захочет — расскажет, если нет — пусть лучше не знает. Ты в это не лезь, что за глупости! — Вспылил Стилински. — Я тебя уверяю, Эллисон просто нужен отдых. Как только она оправится, она вернется. Не спеши заменить ее. — Парень подмигнул другу и ушел. Он приходил хоть на секунду столкнуться с ней взглядами, но ее тут не было. Хотя он себе в этом не признался, он до конца был уверен, что пришел к Скотту. Как странно, когда постороннему понятны твои мысли и чувства больше, чем тебе самому.
— Привет. — Робко сказала Лидия, открыв дверь в комнату Эллисон. Та лежала на боку, спиной к Мартин и лицом в окну. — Хочешь чаю? — Рыжеволосая аккуратно, почти на цыпочках, бесшумно прошла к кровати и поставила чашки на прикроватную тумбу. — Знаешь, ты ни слова не сказала. Может расскажешьв чем дело…? Или хотя бы… как ты?
— Я не в порядке.
— Знаю.
Лидия легла рядом с подругой и обняла ее со спины. Она разделяля ее боль и грусть. Мартин снова имела кого потерять, так что она дорожила ею больше, чем собой.
— Я с тобой. Все будет хорошо.
Эллисон закрыла глаза и улыбнулась. Она чувствовала теплоту и доброту, любовь, которой Лидия делилась. Это сестринская любовь. А такая любовь не может быть ничем разрушена, такая любовь вечна. Теперь они есть у друг друга. Что бы не случилось, они на одной стороне, они всегда плечом к плечу, они всегда будут рядом…
— Будет. — Подтвердила Эллисон. — Просто нужно обдумать и смириться со всем.
— Может я принесу что-то покрепче и мы обдумаем вместе?
Арджент засмеялась, но согласилась. Слезы покатились из ее глаз, но сев на кровати, она прижалась к Лидии, которая охотно подставила свое плечо для рыданий.
