Текст взят из журнала "Вестник знания", 1910, № 10.
Киносита принадлежит к числу писателей „с новыми взглядами“. Большим вкладом в японскую литературу являются такие серьезные труды его, как
В 1906 году Киносита выпустил сборник своих рассказов под общим заголовком:
Весною 1903 года я переселился на окраину Токио. Здесь почти не было построек. Направо от моего дома возвышалась небольшая горка, покрытая соснами; налево виднелось три-четыре деревянных дома; напротив — госпиталь, возле которого иногда видны были гуляющие сестры милосердия, а сзади высоко в небо упирался силуэт горы Фузи.
Здесь я мог отдохнуть. Хотя мне ежедневно и приходилось бывать на Гинзе (главная улица Токио), но здешний воздух так укрепил мои расшатанные нервы, что этот далекий путь отсюда до улицы теперь казался мне легким.
Началась русско-японская война.
Правительство повысило налоги и подати.
Рядом с моей квартирой, неизвестно кем и для кого, уже воздвигается новое здание.
Война продолжается.
Ежедневно в Токио происходят патриотические манифестации.
Все рады победам на суше и на море, но все в энтузиазме забыли то обстоятельство, что для ведения войны нужно много денег.
Повсюду открылись сборы пожертвований на войну. Отовсюду посыпалось золото и серебро. Каждый тащил что-нибудь из своего дома. Здесь были и серебряные вещи и изделия и предметы роскоши. Многие бедные японцы отдавали почти все свое последнее достояние.
Если народ охотно жертвовал свое, достояние, то не так поступало правительство, в лице кабинета министров. Оно безрассудно швыряло деньгами направо и налево.
Кто не верит моим словам, кому они покажутся слишком грубыми, того я прошу побывать в Сиба-Кояме и увидеть дом графа Кацуры.
Там Кацура построил большой каменный дом и окружил его высокой изгородью.
Это — памятник русско-японской войны.
Если бы Кацура построил дом на свой счет, то тогда никому не было бы никакого до этого дела.
Но Кацура, как премьер-министр, выстроил этот дом на казенные деньги, и строил его он, наверно, совершенно забыв, что война окончится не скоро, что война требует очень много денег...
Высокие трубы пушечного завода днем и ночью дышат черным дымом.
Гул и лязг заглушает шум улиц и напоминает, что война все еще продолжается и окончена будет не скоро. Но в доме Кацуры войной, очевидно, не заняты: с утра видны люди, занятые уборкой сада перед домом.
Правительство и патриоты в кавычках не любят нас.
Они говорят, что мы не любим своей родины.
Они неправы.
Не любят родину лишь те, которые строят во время войны, когда тысячи людей теряют кусок хлеба и становятся нищими, для своих удовольствий дворцы и развлекаются прогулкой по саду.
Когда я видел заседание бездушного министра с шумящими „патриотами“, которые одним своим словом решали уничтожить жизнь тысячи лучших молодых сил страны и увеличить подати, мое сердце обливалось кровью, и я думал: когда же, наконец, настанет то счастливое время, когда на войну будут смотреть в театре, как на варварство древности?!
Ни дождь, ни ветер не могут сломить моего упрямого характера, и я ежедневно продолжаю гулять на Гинзе.
В госпиталях на холмах Сивуя и Хироо прибавилось много новых раненых.
Все резервы теперь уж взяты и отправлены на театр военных действий.
Вчера была отправлена их последняя партия.
Вечером, возвращаясь домой, я встретил на пути несколько кучек солдат, которые утром должны будут покинуть Японию. Сумрачны и печальны их лица. Разговоры несвязны. Все ждут решения своей судьбы: воротятся ли они опять сюда к своим детям и женам? Многие из солдат сейчас любуются нашим небом. Может-быть, кто-нибудь из них сейчас, смотря на небо, замечает звезды и затем мысленно так далеко, где-нибудь в Манчжурии, умирая, будет глядеть на небо и видеть ту звезду, которая смотрит на него умирающего и на его дом в далекой и милой родине...
Теперь, когда все резервы взяты, призваны старые запасные. Это — старики, совершенно неспособные к войне. Многие из них даже не знали, как нужно держать на плече ружье!
Война скоро должна окончиться.
Денег для ведения войны еще можно достать, сделав, под большие проценты, заем.
Но солдат?! Откуда взять еще солдат?!!
Война, слава Богу, окончена. Но жизнь еще не вошла в свою колею.
Везде какое-то нервное, болезненное напряжение.
Надвигалась новая гроза, сильная, нежданная.
Впрочем, ждать пришлось недолго.
5 сентября 1905 года в Токио вспыхнул бунт — народное восстание.