1978 г. Стройотряд «Интеграл» – упал в котлован на арматуру, торчащую из какой-то бетонной конструкции; спасся благодаря картонному талону по технике безопасности, который лежал в нагрудном кармане – «Хрустальная сосна»;
1978 г. Стройотряд «Интеграл» – оказался в двух шагах от экскаватора, по неосторожности вырвавшего из земли пятикиловольтный силовой кабель; спасся из-за разгильдяйства служащих подстанции, забывших включить ток после отключения – «Умерший рай» ;
1987 г. Поездка на работу в колхоз от БФ АН СССР – авария измельчителя травы; осколок ножа пролетел в полуметре от виска – «Хрустальная сосна»;
2007 г. Ветреный день в Аланье; чудом не утонул в море – «Der Kamerad»;
2010 г. Авиационное происшествие с шасси на рейсе «
2015 г. Автокатастрофа; после нее практически ослеп – «Уфа».
* * *
Что будет дальше?
Никто не знает и не может знать.
Я уже давно не бываю на природе, не купаюсь в море, не летаю на самолетах, не езжу на машине, не пою песен, не радуюсь женщинами и даже не пью…
Все, когда-то составлявшее саму жизнь, сегодня требует частицы «
* * *
Дневниковые записи о том, что составляло и составляет единственный смысл моего существования.
* * *
27 ЛЕТ
5 июня 1987 г.
Книга Ю. Казакова – находка для души.
Думаю, возвращаюсь к ней мыслями
Черпаю в ней силу для сражения с жизнью.
И еще – в тот момент я понял наконец, что такое быть писателем.
Быть писателем – это полночи читать в кресле свой старый, уже забытый роман, переживая заново встречу со своими же героями, как с вернувшимися из странствий детьми.
Потом вторую половину ночи мотаться в халате по темной квартире, глотая снотворное и запивая его корвалолом, не в силах совладать с нахлынувшей лавиной чувств и впечатлений.
Потом забыться коротким сном, но снова вскочить в пять утра, обуреваясь неожиданной идеей, и на кухне – чтобы на разбудить соседей снизу – перепечатывать четыре страницы концовки.
Потом выпить спасительный кофе и идти на работу, где целый день провести в попытках сосредоточиться над заданием, переносить насмешки сослуживцев и издевательство начальника над своим «графоманством»
Потом прибежать наконец домой и опять наспех глотнуть неизменного кофе, скорее засесть за текущую вещь.
Потом страдать, перебарывая мучительное желание наложить на себя руки, потому что жизнь кончается после расставания с героями за последней точкой только что оконченной повести…
И все-таки жить, возрождаясь в замысле новой вещи.
Жить назло обстоятельствам и издевкам умных дураков.
Жить, чтобы нести людям свою веру и свои идеалы,
Жить и твердо знать, что только такая жизнь является не напрасной.
*********
ПРИМЕЧАНИЕ.
Книга Ю. Казакова – воспоминаний нет
17 июня 1987 г.
Все авторы различны по тембру.
Чрезмерное редактирование срезает обертона, оставляя лишь неприятную для слуха чистую несущую частоту.
28 ЛЕТ
25 ноября 1987 г.
Счастье – это держать готовую к засылу в набор фотографию, с которой улыбается дорогой сердцу человек, рожденный для газетной полосы движением твоего пера.
3 декабря 1987 г.
Литературный герой – не химера, а вполне реальный человек,
Он живет вне времени и этим сильнее и реальнее меня самого.
Когда я состарюсь и умру, от меня останется жалкий фантом: характеристики, автобиографии, письма да дневники.
А герой будет продолжать жить своею полнокровной жизнью, навеки застопорившись в том возрасте, где моя рука выставила последнюю точку.
И этим он живее меня!
13 декабря 1987 г.
Разница между журналистикой и литературой – в краеугольном камне.
В обеих должны быть и тема и идея.
Но в журналистике главной является тема, а в литературе – идея.
14 декабря 1987 г.
Бальзак и Ремарк: два типа изложения.
Бальзак рисует пышную картину времени. Он подводит к краю и говорит: смотри. Его необходимо экранизировать. Его читаешь и кажется, что смотришь телесериал с фиакрами и цилиндрами, булыжными мостовыми и грудями, взбитыми напоказ.
Бальзак дает взгляд снаружи.
А Ремарк заставляет посмотреть изнутри.
Его читаешь и испытываешь иллюзию, будто действуешь вместе с героями. Ремарка нельзя экранизировать, экранизация убивает его наповал. Его нужно читать и видеть жизнь, описываемую им, перед мысленным взором самому.
Его нельзя не только экранизировать, но даже иллюстрировать!
И этим Ремарк во сто крат сильнее Бальзака со всей широтой и глубиной последнего.
7 марта 1988 г.
