– Светлой ночи! – ворвалась в комнату дамочка странного вида – если Дезмонд одевался и вел себя местами как английский лорд, то сотрудник королевской канцелярии выглядела как предсказательница с любовью к стилю бохо. И тараторила она так, что захотелось побыстрее разделаться со всем и исчезнуть: – Мы так рады, заповедник в таких хороших руках. Мне уже все-все рассказали, мы с Лилиан давние подруги… Вы такая смелая, такая отчаянная, такая благородная! Я буду настаивать на премировании!
– За что?.. – хрипло спросила я.
– Как за что? – удивилась она. – За то, что вы есть! Это ли не чудо? И это ли не радость, что вы теперь работаете на королевскую власть?! Обещаю, вы не пожалеете! Принцы, кстати, такие красавчики… Наследный просто милашка, очень о вас волновался. А ненаследный...
И она мне подмигнула. А я-то тут при чем?
Вот только принцев мне и не хватало. Особенно в таком виде. Раньше, насколько я знала, могли бы и в придворные шуты забрать… шутихи? Все равно не легче. Но дамочка, все еще вереща, какой я герой и вся такая незаменимая, схватила договор, вытащила печатку, заверила листочки – раз и два, и опять, как и в случае с моей подписью, на каждой страничке засветилась копия. Отлично, дело сделано, можно идти?
Дамочка унеслась, а я села на диванчик и загрустила. Ну вот и все, пути назад нет, ну то есть есть, но как-то не хочется. Начала я зарабатывать на начало своей кабалы, то есть ипотеки. Я прикинула: если здесь я на всем готовом и тратиться мне ни на что особо не нужно, за год у меня будет три миллиона – ну, надо вычесть еще и налог, – а за два года – шесть миллионов, а если проработаю три – куда мне спешить? – целых девять, и я смогу купить трехкомнатную квартиру и ни перед кем не отчитываться! А именно: заводить столько собак и кошек, сколько душа пожелает. А если повезет и я отработаю как Леонид, то… то я смогу открыть свой приют! С хорошей ветклиникой, врачами, просторными вольерами и… и…
Размечтаться мне не дал Дезмонд.
– Все? – с улыбкой спросил он. – Беатрис уже приходила? Как хорошо, что я ее не застал.
– Почему? – настороженно спросила я.
– Восторгаться мной, конечно, будет, в общем, не обращайте внимания, – он отмахнулся и предложил: – Пойдемте, вечер в разгаре, покажу вам город.
Мы опять переместились через арку – телепорт, не иначе – и оказались на дорожке с уллуниями, но пошли в другую сторону. Как у себя дома, подумала я, когда Дезмонд потащил меня куда-то вопреки всякой логике. Ага, в кусты, хмыкнула я, но нет, кусты оказались только кратчайшим путем. Видимо, та часть, в которой мы были, значилась как открытая для публики, а мы по немнущейся травке шли сейчас к тем самым двум башням, которые меня так привлекли.
– Нам не наваляют? Ну то есть это можно вот так ходить? – встревожилась я, поняв, куда мы путь держим. – Вы прямо туда хотите э-э… – я потыкала пальцем. – Там что?
– Собственно дворец и есть, – ответил Дезмонд. – Не переживайте, только пройдем через левую дверь.
Через левую – это в смысле, хмыкнула я, она слева или это в значении «какая-то не такая»? И что нам будет, если нас там прихватят?
– Виктория, я не стал бы так бездумно подвергать вас риску, – успокоил мои невысказанные мысли Дезмонд. – Поверьте, я нахожусь тут абсолютно законно и спокойно могу вас туда провести.
– Почему? – набычилась я.
– Потому что я заместитель управляющего заповедника. А вы и есть тот самый управляющий, – пояснил он. – Виктория, это практически министерская должность. Ну как вы считаете, насколько было бы реально вам получить покровительство от его величества, если бы он о существовании заповедника только догадывался? Это же международный проект! И попечители, если вы не обратили внимание, половина иностранцы и даже говорят на нашем языке не слишком хорошо.
И тут я вспомнила.
– А почему я так хорошо говорю на вашем языке?
Дезмонд вздохнул и пропихнул меня под очередную арочку. Я успела ее рассмотреть – два крокодильчика, ну или не крокодильчика, в изумрудной подсветке обнимаются. Ну хорошо, раз арочка с животными, то я не возражаю.
– Это эффект межмирового телепорта. Точно так же мы понимаем язык той местности, куда попадаем. Ну… Относительно.
– А, вот оно что… – протянула я. – Вы говорили по-русски с каким-то странным акцентом. Я даже подумала, у вас где-то переводчик встроен. Нашептывает, а вы повторяете.
– Могу вас обрадовать, но вы тоже говорите по-андорски с акцентом, – подмигнул мне Дезмонд. – Но разве это важно? Главное, что вас понимают.
Сначала я хотела расстроиться, но потом вспомнила, что мои попытки говорить даже на английском в принципе были обречены на провал. Понимать меня отказывались и тогда, когда я извлекала из себя просто заученные фразы. А тут было бы необходимо выучить совершенно чуждый язык! Ради работы мечты я бы попыталась, но получилось бы или нет – это загадка.
