Развернув дорогой конверт из мелованной бумаги, не дающей дворянину ни грамма подсказки об отправителе, он уставился на короткое послание от Данте, в котором друг приглашал срочно посетить его дом. Покрутив лист бумаги в руках, Альбин спешно собрался, благо в шкафу было достаточно чистого и сухого платья. Накинул на себя плащ и побрел по мокрым улицам искать извозчика.
Прибыв к месту, он был поражен внешними изменениями, произошедшими с особнячком.
Переливающийся в свете мощных фонарей, вылизанный и украшенный дом принимал в себя весьма немаленькую толпу гостей. Сдав плащ на руки подскочившему лакею, Альбин несколько смущенно поправил заготовленное на всякий случай оружие. Не зная о цели приглашения и взбудораженный почти ночным посланием, юноша вооружился, как на небольшую войну. И сейчас среди разряженных дворян и их дам казался себе эдакой белой вороной.
– Добро пожаловать, ваше благородие, – тихий голос из-за спины отвлек юношу от рассматривания гостей и слуг, снующих с бокалами и легкими закусками. – Вы без спутницы? Позвольте мне сегодня быть вашим проводником на этом вечере.
Застыв в легком поклоне, молодая дама в строгом черном платье, выгодно оттенявшем ее чистую смуглую кожу, с легкой улыбкой исподлобья изучала опешившего юношу.
– Тара? Вы ли это? Выглядите просто изумительно в этом наряде! – Альбин узнал черную кошку Данте. – Разумеется, я с радостью принимаю ваше предложение, – Альбин вернул поклон, и дама, подхватив его под руку, легко потянула дворянина в глубь дома.
– Как вам пришлись изменения? – Тара взмахнула пальчиками, поясняя, что имеет в виду вычищенный и украшенный особняк.
– Поразительно, – признался юноша. – Я ведь был тут несколько часов назад, но такого не ожидал. Вы не откроете секрет мне, в связи с чем Данте решил устроить вечер? И почему такое приглашение?
– Хозяин, ой, простите, – осеклась черноволосая, – мессир Данте желал сам рассказать вам обо всем и просил меня лишь поддерживать в вас любопытство, но никак не развеивать и не удовлетворять его. Пройдемте в оружейную, если вы пожелаете, то сможете оставить большинство своих игрушек там.
– О, да, благодарю. Признаться, и сам я несколько неуютно себя чувствую, явившись сюда в таком виде.
Кошка завела Альбина в небольшую комнату, где по стенам и вдоль них на стойках было размещено всевозможное оружие.
Были тут виды не очень популярные в империи, хотя одна из стоек содержала привычные взгляду обывателя городские шпаги и мечи. Отперев небольшим ключом пустой сундук, стоящий у дальней стены, Тара предложила юноше разоружиться, оставив лишь то, что ему хочется.
Поразмыслив, дворянин предпочел не расставаться с короткой дагой, оставил керамбит в потайных ножнах, иглы в рукавах и пояс из гибкого металла. С некоей грустью убрал в сундук излюбленную шпагу с волнистым клинком. Слишком уж она тяжела для раута.
Тара с некоторым изумлением и уважением наблюдала за растущей горкой колющего и режущего.
– Вы не используете псевдоживое оружие? От-чего?
– Просто не люблю, предпочитаю только то, в чем уверен. Хотя мои учителя и настаивают на разнообразии.
– Весьма необычно для дворянина, конечно. Хотя я думаю, ваши дворяне лишь подчеркивают статус, а обращаться с таким оружием умеют немногие.
– Справедливо, но не до конца. У нас существует строгая дуэльная система, и каждый благородный должен быть знаком с основами фехтования.
– А как же мыслители? Книгочеи, ученые – те, кто не так пристально следит за миром войн, поскольку погружен в мир науки и магии?
– Ну, с магами все просто, у них свои методы. А ученых и слабых бойцов вызывать на дуэль запрещено, даже не запрещено, скорее не принято. А самых одаренных под свое покровительство берет либо император, либо высокорожденный благородный. Так что, бросив вызов какому-либо певцу или поэту, можно снискать себе много неприятностей. Да и дуэли допустимы только среди молодежи, с возрастом дворяне отходят от подобных забав. Пусть и не всегда.
– Благодарю вас за науку, ваше общество еще слишком чуждо мне.
– Однако вы прекрасно справляетесь. Если бы мы не были знакомы ранее, – при этих словах черноволосая загадочно улыбнулась, и Альбин, сбившись, продолжил: – Я бы не отличил вас от наших придворных дам. Ну, разве что вы бесспорно выигрываете по красоте.
– Ах, вы смущаете молодую девушку подобными речами, перестаньте. – Однако смущенной или недовольной черноволосая не выглядела. – Давайте вернемся к гостям. Я думаю, мессир уже извещен о вашем прибытии и с нетерпением ждет вас.
– Конечно, я готов, – Альбин захлопнул крышку сундука, и Тара, повернув ключик в замке, ловко спрятала его под юбками.
– Теперь вы вряд ли уйдете не попрощавшись, – рассмеялась девушка и потащила юношу в гостиную.
Только что отзвучала программа, и в перерыве между выступлениями музыкантов гости разбились на небольшие кучки. Вокруг каждой сновали лакеи, разнося напитки и закуски. Слышались горячие споры, пока не переходящие в конфликты, но с явным эмоциональным окрасом.
