– Как тебе мое новое увлечение? – взмахнув пальчиками в сторону клеток, поинтересовалась леди Сар.
– Канарейки? – Альбин не смог сдержать интереса и подошел к одной из клеток. Птички насторожились, испуганно поглядывая на исполина, вторгнувшегося в пределы их небольшого мирка, но так же быстро успокоились, вернувшись к своим нехитрым делам. – Не понимаю.
Герцогиня мягко улыбнулась, и Альбин с облегчением заметил веселый и азартный огонек, промелькнувший в серых глазах. Она приблизилась, потрогала пальчиком прутья, с интересом взглянула на птичку, купавшуюся в небольшой посудине.
– Канарейки, Альбин. Давно ли ты видел этих удивительных птиц? Знаешь, они красиво поют, если успевают научиться. Я заказала певчего кенара, чтобы он обучил этих. Знаешь, самки канареек тоже поют. Но тише и реже. Это все самцы, Альбин.
– Любопытно, но все же непонятно.
– Ох, скажи мне, во многих ли домах ты видел поющих кенаров?
– Я не следил за этим, герцогиня. Но думается мне, что пару раз встречал.
– Пару раз, говоришь. Сейчас рынок переполнен этими замечательными птицами. Очень много самцов по бросовым ценам. Теперь их вполне могут позволить себе даже крестьяне. Торговцы канарейками разоряются, Альбин.
– И что? Какое это имеет отношение ко мне? – юноша недоумевал.
– Эх, ну разве можно быть таким недогадливым? Если в империи что-то происходит, то есть люди, которые знают об этом. Люди, которые выстраивают события. И поверь моему опыту, эти люди не нищие студенты, собирающие мелочь на кружку пива, и не крестьяне, задумавшие продать последнюю корову, чтобы расплатиться с долгами. Это люди богатые, видные, обладающие властью и влиянием. Это люди, которые создают события и пожинают плоды. Люди, которые оказывают влияние не только на умы, но и на общее состояние дел в империи. И самым лучшим индикатором, самым действенным и явным является рынок.
– Я подозреваю, что рынок канареек влияет на ситуацию в империи? – Альбин усмехнулся.
– Да нет же, это ситуация в империи влияет на рынок. И то, что готовится. Если торговцы начали разоряться, значит, что-то изменилось. Если на рынке появляется какой-то продукт, значит, он откуда-то взялся, значит, кто-то где-то перестал его покупать. И торговцы, потерявшие спрос, избавляются от товара, пока он не обесценился вовсе или пока их потери еще не настолько велики.
– Значит, некто перестал покупать птиц, и это перенасытило рынок. Только не пойму никак, что бы это могло значить? Зачем еще, кроме пения, нужны эти птицы?
– А вот это уже хороший вопрос. Но отвлечемся немного. Или, скорее, зайдем с другой стороны. Вспомни Саржа и скажи: кому он мог бы быть нужен?
– Подозреваю, что вы намекаете на акцию императора, направленную против монополии тер Гарита, – Альбин оставил канареек в покое и уселся в кресло.
– Именно. Но ведь тер Гарит был не единственным монополистом империи. Просто он зарвался: военные заказы, которые он подмял под себя, это отличный источник дохода. Но военным нужны не только теплые штаны, им нужно и оружие, а оружие – это…
– Сталь. Вы говорите сейчас о князе ван Зунаре.
– Именно, – повторилась герцогиня. – Более двух третей железных и медных рудников под его рукой. Шахты, обогащающие и перерабатывающие компании, цеха по производству и литейные, способы доставки и снабжения. Империя в империи. Сейчас он один из самых богатых людей в стране. Пока он не зарывается, как тер Гарит, императору не выгодно его трогать. Но он самая явная следующая мишень для антимонопольной кампании. Я вижу, что ты не понимаешь до конца. Ладно, я скажу прямо, ван Зунар – единственный крупный скупщик певчих птиц на всей территории империи от юга до севера.
– Значит, он перестал покупать канареек? Может, он завел себе новое развлечение…
– О боги, я нанимала этому мальчишке лучших учителей! С ним занимались и учили наукам и этикету самые светлые головы империи. Я потратила на это столько средств… – герцогиня картинно заломила руки. – Воистину, мир полон обманщиков и бракоделов!
– Полно, леди, ваши старания не прошли даром. Но все равно я не понимаю ничего. При чем тут шахты и канарейки?
– Ох, придется мне, видно, взять назад свои слова о мужчине, которого не требуется водить за ручку. Ладно… Знаешь ли ты, мой дорогой, как добывают железо, из которого варят столь любимую вами, мужчинами, сталь?
– Ну, разными методами, но полагаю, сейчас речь пойдет о шахтах.
