С одной стороны, с девицей работать будет проще, с другой – неизвестно, насколько она привязана к наставнику. И на какое безумие способна? Пока все ее известные шаги, а именно сложившиеся акции, убийство Ржавого и Шушрака, были выполнены изящно и легко. Не сказать, что месть застила ей разум. Но кто знает? Так или иначе, если Механик прав, на днях она придет за Слизнем. А значит, чем гадать, можно просто подождать.
В бордель Калинич не вернулся. Уйдя с окраин, он поймал пролетку и назвал извозчику адрес гостиницы. Дав хозяину указание вычистить его плащ, он предупредил о возможных посыльных, наказав при явлении их сразу будить постояльца, невзирая на время суток.
Поднялся в свой номер, открыл ключи на трубах, отрегулировав воду так, чтобы в ванне собирался почти кипяток. И дождавшись, пока она наполнится наполовину, блаженно погрузился в парящую жидкость.
Эту ночь он провел в гостинице. А половину следующего дня бесцельно проблуждал по ремесленному кварталу, ежечасно проверяя маяк.
Уставшая от дождя столица словно вспомнила обо всех заброшенных на время непогоды делах и шумела сегодня особо неистово.
Механик погулял по городу, полюбовался на фонтаны и статуи. Некоторое время потоптался, разглядывая величественное здание Всеединого храма всех богов, но внутрь не сунулся.
После операций ему становилось неуютно возле алтарей. А намоленные стены отрезали как ножом часть способностей. Терять связь со Слизнем Калинич не хотел. Решил про себя, что заглянет внутрь в следующий раз. Затем он плотно пообедал в ресторане, заказав обжаренные в масле рулетики из мяса и овощей, а на десерт взял сырный пирог, политый до изумления вкусным апельсиновым сиропом.
Рев трубы, отмечающей три часа пополудни, застал его за чтением свежей газеты, повествующей о нововведениях в области рыбного лова и о начале обширных военных учений.
Сложив прессу, он, оставив свернутый лист на столе, щедро расплатился с ресторатором и неспешным шагом отправился дальше.
Отметив про себя, что его подопечный немного взволновался, Механик сменил траекторию, но по-прежнему неспешным шагом оправился к борделю.
Неприятности встретили его на половине пути. Сначала проезжающая мимо телега, попав колесом в невидимую под лужей выбоину, окатила его брызгами грязи. Потом неловкий прохожий несильно толкнул плечом. Напоследок он сам, обходя угол какого-то дома, зацепился плащом за острый выступ стены. Апофеозом серии неудач была рванувшаяся к нему дверь борделя. Чудом успев избежать унизительной встречи, он отпрыгнул назад, влетев обеими ногами в глубокую лужу.
Чувствуя, как еще не такие уж и старые, и уж точно не дешевые сапоги дали течь, Механик поднял взор на извиняющегося юношу. Представив мысленно, как медленно, со вкусом, сдирает с него, визжащего, кожу, он отмахнулся от извинений и вошел внутрь.
Странно, статус и расположение веселого дома не предполагали, что сюда заглядывают и дворяне. По крайней мере так, не расплетя волос и не спрятав лица под капюшоном плаща.
На паренька Механик обиды не держал, всякое бывает, но лицо запомнил. И взгляд серо-зеленых глаз, и кривоватый, явно не раз сломанный нос, и широкие плечи отпечатались в его памяти. Может, после завершения всех дел он найдет паренька и примет уже настоящие извинения. Но не сейчас.
Сейчас, насторожив все свои чувства, Калинич снова растянулся на кровати и прикрыл глаза.
Вечер пришел внезапно. Отвоевав у непогоды столицу, суета и уличный шум не сдавались и тогда, когда солнце уже перестало золотить мутные стекла единственного окна.
Калинич прочувствовал, как мимо его двери прошел подопечный, как поднялся на следующий этаж и там, разогнав свое сердцебиение до максимума, задержался надолго.
Механик подобрался, но Слизень, получив свою порцию ласк от выбранной на сегодня шлюхи, уже успокаивался. Его пульс пришел в норму, и Калинич разочарованно решил, что ошибся, когда биение маяка превратилось в холодное затухающее свечение. Мгновенно собравшись, Механик привел свое тело в состояние готовности и, оглядев пустынный коридор, ласточкой взлетел по лестнице на следующий этаж. Замер перед дверью, раздумывая, как более удобно ворваться внутрь. Поднял руку в тот самый момент, когда дверная ручка провернулась.
Отступив на шаг, Калинич дождался, пока дверь распахнется, и с подшагом с силой толкнул в грудь замершую на пороге девчонку в мужском платье. Посмотрел из проема, как та растянулась возле широкой кровати, оценил обстановку, раскиданное по полу платье, несомненно принадлежавшее почившему Слизню, отметил его бездыханное тело с раной в груди и перерезанным горлом.
Девчонка очнулась от шока невероятно быстро. Сунув руку под кровать, достала оттуда приметную трость-шпагу, взмахнула ею, угрожая. Откатилась, обнажая клинок. Механик скользнул в комнату, и девка, поймав его на встречном шаге, длинным выпадом вонзила полотно шпаги прямо в его грудь.
Калинич опешил, когда увидел клинок в руке девицы. Он предполагал, что сначала та попытается его запугать, будет угрожать, делать подготовительные движения, но вот так сразу?
