Лишь жителей самых отдалённых островов Лалангамены иногда можно было опознать по выговору. А потомков самых закрытых городов по причудливым и однотипным именам.
Отлично. Удача всё-таки задрала подол.
Ингвар с радостью потребовал документы:
—Мне нужны все бумаги.
—Так ничего же нет…
—Клять!
—Всё у Бёльверк. Она забрала, чтобы мы не сбежали раньше времени. Вообще всё: письма, билеты, спортивные наши квенты. Сказала, вернёт, когда всё закончится.
—А у Бентэйна почему была квента?
—Это у латника-то? Я почём знаю! Они не с нами. Таким уродам в рутгере не место!
Нинсон не чувствовал в её словах никакой лжи.
—А Иггуль?
—Кто?
—Иггуль? С такими волосами? — Нинсон взъерошил волосы.
—Не знаю такого.
Ингвар пристально всмотрелся в лицо Фэйлан. Не только он был ранен и измождён, не только он почти не спал в последние дни. Уставшие лица читать проще. Любой тиун подтвердит, что допрос куда проще вести с пленником, который не спал часиков тридцать — сорок. Нинсон читал Фэйлан, как открытую книгу.
«Она в самом деле не знает, кто такой Иггуль, — отстранённо произнёс голос Таро Тайрэна. — Уже либо трахни её, либо отпусти. Нам пора».
—Потерпи ещё, я тебя сейчас отпущу. Рассказывай, что дальше.
—Да ничего особенного не было. Тех, у кого северные имена, взяли с собой. Заплатили за взятие лагеря. А за каждый день охраны имущества мы ещё могли получить по марке. Думаю, нас могли кинуть с оплатой. Но мы не собирались обламываться. Вещи там ценные. И деньги большие. Так что либо то, либо то мы бы получили. Неплохо, да?
—Неплохо? Разве? Много хороших людей погибло.
—Так всегда бывает. Это не дети-сироты, которых мы порезали от нечего делать. Жуки были вооружены и получали большие деньги именно за риск. Они умели сражаться, любили сражаться и избрали смерть других людей своей профессией.
—Они избрали своей профессией безопасность других людей, тупая ты инь.
—Да я не хотела про них ничего плохого сказать. Ладно тебе. И… спасибо.
—А что в лагере было, когда я ушёл?
—Все перепились, как вожди уехали. Днём отправили нашего бойца проверить вас, пленников. Его заколол дед из Жуков. Мы даже не сразу поняли. Потом разобрались с дедом. И уже далеко за полдень отбыли за тобой. Поэтому так поздно пришли.
«Разобрались с Рутерсвардом», — эхом отозвалось в голове.
—Теперь очень важный вопрос, Фэйлан. Если ты соврёшь, то умрёшь. Поняла?
—Да. Чего же не понять.
Женщина уже не боялась его. Это чувствовалось. Нинсон не знал, как вернуть страх. Вряд ли поможет, если он ещё раз будет елозить ножом по телу Фэйлан.
—Мадр… Мадр… Мадр… Мадр… Мадр… Мадр… Мадр… Мадр… Мадр… Рутерсвард, предводитель Жуков, помощник Таро Тайрэна. Этот человек жив?
Фэйлан кивнула, показывая, что хорошо поняла о ком идёт речь.
—Нет.
Жёлтое облачко не появилось. Она не врала.
Уголёк облизывал её стройные, изукрашенные шрамами ноги.
«Нож Кутха сделает всё за один миг», — подумал Ингвар.
—Проваливай!
Но она не торопилась.
Надела окровавленную рубаху, расправила подол и сказала:
—Я тебе очень благодарна. Ты не убил никого из «Красноспинок». И остальных тоже не тронул.
—Старался. Но до сих пор не уверен насчёт того парня, который отмокает.
—Дог. Его зовут Дог. Я думаю, он поправится. Он очень крепкий. Почему это важно для тебя?
—Говорят, из-за уровня сложности. Добряк, знаешь ли.
—Не верю, что ты думаешь об уровне сложности в тот момент, когда решаешь: просто всадить стрелу в живот и забыть об угрозе или прострелить ногу и поиметь потом неприятности от того, кого пощадил.
—Нет. Не думаю…
—А о чём думаешь?
Она спрашивала серьёзно.
Настойчиво и упрямо глядя прямо в глаза Великану.
Вряд ли ей так уж хотелось прильнуть к его мудрости. Она просто не могла прервать разговор. Бывалые воины и служилые кмети называли это «реакция». Волна расслабления, которая накатывает после боя. Реакция накрывает всех. Но проявляется по-разному.
Кто-то смеётся. Кто-то блюёт.
Кого-то мучит жажда, кого-то подводит живот.
Кого-то одолевают вопросы. Кого-то задумчивость.
—Так о чём ты думаешь?
—Проваливай! — рявкнул Великан.
Фэйлан пошлёпала выбирать из кучи трофеев одеяла для своей команды. А Нинсон остался стоять перед россыпью стрел.
Всадить ей в спину? Удивить Мактуб?
Глава 69
Волчьи Шкуры
Ингвар позвал:
—Грязнулька!
Попробовал поймать лучик внимания юной помощницы.
Но мог увидеть только чадящий призрак фамильяра, который, как обычно, крутился поблизости. Нинсон задумался об Угольке, Тульпе, Грязнульке. Потряс головой. Кто-то из них существовал на самом деле?
Правда — только в Мактубе.
Надо поспать. Сначала отойти подальше. Потом поспать.
Промёрзший за последние дни Великан выбрал одежду самого большого размера и надел её поверх замызганного поварского наряда. Толстенные штаны свиной кожи со шнуровкой на бёдрах. Застиранная бурая рубаха со свободными рукавами. Тяжёлый дублет землистого цвета с нашивкой: белый собачий череп в чёрном круге и подписью «Желтушник». Поверх всего этого кое-как налезла куртка Бентэйна.
—Желтушник. Ну и имечко.
